— Э, цыпа дрыщавая! Давай вали в свой гадюшник. Видишь, они уже сдрыснули! — гаркнул незнакомец, выдернув меня из мимолётного транса.
— Цыпу в зеркале встретишь, жиртрест. Нормальные мужики сами знают, когда им валить. И всякие дятлы тут не указ! — грубо воскликнул я.
С таким голосом вышло не очень сурово. Но все лучше, чем нежный лепет. Мужик изменился в лице, подошёл чуть поближе и заявил:
— Слышь, малахольный, язык в жопу вставил и отвалил! Будешь гавкать, останешься без яиц, если они у тебя есть, в натуре.
Звучало весьма угрожающе, но сдаваться я не хотел. Потому, набрав в грудь больше воздуха, заорал, глядя на дядьку:
— Ты на кого батон крышишь, чертила? Щас на парашу пойдешь, конь педальный! Отдеру так, что мамка и та не узнает. Упал, отжался, щенок!
Глаза здоровяка налились кровью. На секунду мне сделалось страшно. В отличие от сахарного качка Эдуардо, он реально мог ушатать. Но вместо того, чтоб меня поломать, дядька расплылся в улыбке, а потом так вообще засмеялся.
— Ты не такой как они, рог мне в дышло! — сказал он и хлопнул меня по плечу.
— Ясен-красен, братан! Там одни гомики, сука!
— Да, клоуны ещё те. А чего тогда с ними шатаешься?
— Хах, а чего ещё делать?
— И то верно, — пожал плечами мужик. — Меня зовут Пигбор Барнс.
— А я Серж… Талион!
Я протянул руку, которую новый знакомый чуть не сломал, стараясь крепче пожать. Казалось, он из нашего мира. Но спрашивать об этом пока я не стал.
Вместо этого, решил пойти в сад, покинув территорию Пигбора. Прыгать через изгородь не хотелось, потому дядька решил проводить, показав, где калитка.
Мы прошли метров сто, потом остановились возле забора и слегка пообщались. По разговору Пигбор напоминал местных жителей. Но в целом он будто из моего города. Вышел за пивком из хрущевки, провалился в какой-нибудь люк и хана. Вдруг это права так? Я решил разузнать, засыпав его градом вопросов.
Глава 25
На самом деле, мужик никуда не попал. Он был здешним и работал обычным завхозом, катался на повозке по магазинам, покупая разную утварь, следил за состоянием инструментов и все такое.
Он искренне не любил гарем. Но нормальным мужчинам тут туговато, потому деваться ему было некуда. Приходилось жить на территории комплекса, отгородившись от ненавистной ему голубятни.
Как я сразу и думал, Пигбор был добрым парнем. Для моего тела он скорей старый дедушка. А вот душа видела в нем пацана, какого-нибудь Саню с района, который развелся с женой, и теперь ходит счастливый, но помятый и вечно голодный.
В общем, беседа вышла душевной. Я еле сдержался, чтоб не выложить всю подноготную. Здравый смысл с трудом заставил это не делать. А когда мы простились, то я чуть не плакал от счастья. Крепко пожал руку мужчине, поблагодарив за спасение и вообще за то, что он есть.