Рвы и валы строились по всему периметру мэрской резиденции. Для их нормального возведения даже пришлось отодвинуть передний край обороны от самого здания что повлекло не мало сложностей. Однако вовремя доставленный автодок и санитар умеющий с ним работать на долго решили проблему раненых. Жаль только мертвых к жизни возвращать не могли.

В результате на четвертый день оборона наконец была закончена. Целая система из стен и провалов усыпанных острыми копьями. Ледяных горок и глубоких ям ловушек с скользкими краями. Казалось, что они предусмотрели все, что только могло произойти. Ну что такого? Отбились же они без всего этого великолепия от пятитысячной орды? Пусть и путем убийства ее лидера. Значит и теперь справятся.

Но на седьмые сутки армия зомби подошла к Охе, и надежда угасла. Твари были повсюду. Будто колышущееся море. Кто им сказал, что зараженных будет тридцать тысяч? Каждый из людей просто предположил то во что хотел верить. Что у них есть шанс. Но шанса не было, это была лишь иллюзия, которой они себя тешили.

Атака началась с закатом. Ровно в шесть вечера. Враги не торопились. Не стали бездумно кидаться вперед как делали сотню раз до этого. С спокойной неотвратимой методичностью зомби уничтожали все укрепления, оставленные людьми. Гибли под пулями и стрелами, но продолжали разбирать завалы. Сгорали в пламени коктейлей Молотова, но заваливали ямы. Они работали как муравьи. Гибли сотнями, но давали тысячам пройти вперед.

Последний рубеж перед зданием держался дольше всего. Это была особая гордость Давида. Голое плато, без укрытий, и длинные ряды противотанковых двухметровых ежей, которые невозможно было оббежать или обойти. Зараженные просачивались внутри, между перекладинами. И единственное что сдерживало их всех пламя огнеметов.

Это было крайне рискованно, но Максим разрешил врезаться в газопровод и пустить по обычным трубам водоснабжения газ. Они не были на столько герметичны и могли рвануть в любой момент, но какая к черту разница если без них зараженные смогли бы ворваться в крепость. Пожар пылал, выжигая все в округе больше двух недель. Столбы пламени должно быть было видно даже с Москвы. По крайней мере так им сказали, когда Давид достроил радиовышку создание которой откладывал из-за укреплений. И просидев на рации больше суток записывая что-то он начал мастерить то что назвал «глушилкой».

Но зараженные не стали ждать, когда гениальный техник закончит сборку очередного чуда. Прошел день и пламя погасло. Начался последний отчаянный штурм. Теперь то твари не сдерживались. Они лезли по стенам как тараканы, плотной толпой. Даже не сотнями. Тысячами. Стоило на секунду показаться что очередная атака по таймеру закончилась как врубали свою песнь контролеры, которых в армии врага было несколько десятков.