Пролог Говорят, что на высоте три тысячи метров у пилотов истребителей из-за колоссальных перегрузок сужается поле зрения — этот эффект авиаторы называют «серым саваном». В тот четверг на закрытой авиабазе Серова Анна Владимировна испытала нечто подобное. Земля уходила у неё из-под ног, а воздух в триста второй аудитории стал настолько плотным, что его можно было резать ножом. Она стояла у доски, намертво сжав в пальцах кусочек мела. Хрупкие руки мелко дрожали, но Анна упорно прятала их за спину. Показать слабость сейчас, перед десятью курсантами, означало проиграть войну, которую она не начинала. А на самой последней парте сидел виновник этого ментального шторма. Командир эскадрильи, майор Глеб Громов. Человек, который еще вчера в темном коридоре общежития прижимал её к стене так, что у обоих плавились радары, сегодня смотрел на неё сквозь линзы её строгих очков с ледяным, уничтожающим презрением. Майор только что нанес удар. Хлесткий. Грязный. Прилюдный. Его низкий, рокочущий баритон до сих пор вибрировал в ушах Анны. Громов не поленился завернуть свои ревнивые подозрения в обертку изящного армейского сарказма. Он практически обвинил её в интрижке с собственным курсантом — прямо на глазах у притихшего, напуганного класса. Опустил её достоинство до уровня доступной девки просто потому, что его хваленая мужская гордость вчера вечером не позволила ему сделать один простой шаг. Спросить. Поговорить. Услышать. В аудитории стояла такая оглушительная тишина, что было слышно, как на полную мощность работают кондиционеры. Наглый курсант Воронов, сидевший в среднем ряду, бледнел на глазах, понимая, что роскошный букет белых лилий, который он подарил ей, на столе учительницы только что стал триггером для командирского безумия. Анна медленно сняла бутафорские очки и положила их на журнал. Внутри неё выгорели остатки обиды, оставив лишь чистую, полярную ярость. Майор Громов привык укрощать сверхзвуковые машины, но он совершил фатальную ошибку — он перепутал небо с Анной Владимировной. Девушка сделала шаг вперед, заставляя его встретиться с ней взглядом. В его карих глазах плясали опасные черти, но она не собиралась отступать. Если этот огромный, упрямый майор думал, что она сдастся и выбежит из класса в слезах, то он чертовски плохо выучил её уроки. Два человека могут смотреть на одну и ту же картину, но видеть абсолютно разное. И Анна собиралась вбить эту истину в его упрямую командирскую голову прямо сейчас. Без права на апелляцию. Чтобы его личные приборы зашкалило