В общем, чудо, что дождалась. Чудо, что оставшихся кусочков целых два. Да и вообще она чудо — даром, что эльф.

Хотя можно было не смотреть так пристально, как я ем — будто никогда меня не видела раньше.

— Пойдем, подвезу тебя до дома, — поднялась Лена по завершению легкого ужина.

Я поднялся следом, чуть скривившись от пробравшей боли — следы от драки наливались полноценными синяками на скулах и ребрах, а рану на спине даже пришлось штопать — и еще раз признательно кивнул.

Пустые коробки забрал с собой, не доверив местным урнам — уж больно место непростое, еще посчитают бомбой какой и заставят вернуться обратно. Или я уже накручивал себя от усталости. Наверное, последнее — потому как идеальной позицией в машине оказалась та, где лоб может касаться холодного стекла.

— Ты какие цветы любишь? — Спросил, не отрывая взгляда от пролетающих мимо домов.

— Розы красные, — проклюнулось в ее голосе любопытство.

— Конфеты?

— Темный шоколад.

— Спартак или ЦСКА?

— Что? — Удивились рядом.

— Говорю, темный шоколад мне тоже нравится. — Отлип я от стекла и рукой стер следы. — Будь добра, во-он у того цветочного магазина, — показал я на уголок знакомого здания и тут же ощутил некое несоответствие. — Постой, я ведь не говорил свой адрес? И мы, кстати, проехали поворот к магазину, — с сожалением проводил я нужное ответвление дороги, повернув голову.

— Нет. Сразу едем к тебе, — коротко ответила Лена.

— Ну хоть что-то хорошее за сегодня, — констатировал я с усталым ликованием.

— Я не в этом смысле, — бросила она в мою сторону строгий взгляд и хлопнула по болезненному синяку на плече.

Вынужденно чуть качнулся от боли, сморщившись.

— Извини, — спохватилась Лена, поворачивая руль для заезда в мой двор. — В общем, теперь я твой куратор.

— Надеюсь, не в самоубийственной игре? — Уточнил, осторожно потирая плечо ладонью.

— Да как повезет.

— Чего? — Настало мое время сверлить ее недоверчивым взглядом.

— Расслабься, просто поговорим, — выдохнула она, ставя машину на свободное Лилино место.

— А может, все-таки это знак, — чуть философски произнес, вновь увидев в совпадении высший символизм.

— Ну-ка смотри на меня. — Как-то нервно отреагировала она на мое глубокомысленное замечание.

Включив верхний свет, Лена коснулась моей щеки и чуть повернула лицо — так, чтобы глаза оказались прямо напротив лампы.

— Тебе что вкололи? — Смотрела она с подозрением, то закрывая от меня свет ладонью, то открывая вновь.

— Что б я знал, — честно ответил ей. — Кто бы меня спрашивал. Вкололи, фамилии не спросив — не то, что полис. Но, надо отметить, болит теперь гораздо меньше.