— Дела, — откинулся я на пол, оттирая трудовой пот.
А затем довольно посмотрел на спрятанный тайком за ее спиной пиджак. Вернее, убранный незаметно из-под ее коленок под серверные стойки. Там, конечно, пыльно, но мы это дело отряхнем.
Напялил на манер кельтской юбки и, осторожно выглянув из дверей, отправился покорять путь до пожарной лестницы. А записи видеонаблюдения я потом удалю.
Просчет вышел только в самом конце.
— Сережа? — Удивленно посмотрела на меня Анна Михайловна, стоило зайти в кабинет.
«Лять!»
— Да, дорогая, — выпрямившись, картинным жестом скинул с чресел пиджак и шагнул в ее сторону.
В общем, стол начальника Анна Михайловна примерила еще до назначения.
Глава 3
Глава 3
Рабочий день завершился поклейкой обоев над прямоугольником провала в стене и длительным выговором собравшейся с начальственными мыслями Анны Михайловны.
Оказывается, так себя вести нельзя, не по штатному расписанию и вне всякой должностной инструкции. В общем, инициатива с той минуты наказуема, особенно такая экстравагантная. Мол, нечего подрывать трудовую дисциплину и отвлекать светлое начальство не по делу и без служебной записки. На все это есть вне рабочее время и обеденный перерыв, в конце концов. И дверь в серверную надо закрывать. В общем, данные процедуры — строго по согласованию.
Да пусть хоть график пишет, главное, чтобы отчеты писать не запрягли.
Напоследок повелели завтра же идти в больницу и предоставить справку о здоровье. Хотел было послать от такой бестактности (где, скажите на милость, хотя бы «пожалуйста» или «я тоже»?), но потом задумался — что там с моим организмом после всего стало? Раны просто так не зарастают, пломбы — опять же, а отгул просто так не дадут. Да и отсутствие вирусов после перехода не означает, что в том каменном колодце нет выхода урановой руды, какой-нибудь ядовитой плесени и прочей гадости, способной убить незаметно и без ранней симптоматики.
В итоге, покорно кивнул, за что получил выходной на завтра. Проверюсь целиком, дело полезное.
Накинув поверх спецовки на голое тело, куртку, шапку и надев уличную обувь (в теплом здании сменные кеды были гораздо удобнее), побрел до дома, пытаясь собрать впечатления от прошедшего дня в единое целое. Но мыслей не было никаких, одна только зябкость от холодного ветра в ногах и запоздалые мысли о такси.
Своего опыта, позволившего оценить этот день и его последствия, не было. А из того, что находилось — только желание приобщиться к мудрости поколений.
Говорят, японские самураи, практикующие бусидо, из каждого возможного решения предпочитают то, что ведет к саморазрушению. В России мужчины тоже выбирают этот путь, но катане врага предпочитают этиловый спит. В общем, решил глянуть на все через призму емкости с алкоголем.