— Хорошо.

Я полез в нагрудный карман и достав оттуда пятитысячную купюру, показал её девушке, мягко отведя в сторону её тянущуюся к деньгам руку.

— Выкладывай.

— Короче, это она Андрея Степановича на тебя навела.

— Не понял, какой ещё Андрей Степанович⁈

— Так, Маринки Георгиевских, отец, гриднем служит у барона Крылова в дружине.

— Интересно, а зачем ей это делать?

— Так из‑за денег же. Он тогда приехал в общагу и стал всех о вас расспрашивать. Ну, Динка за десять тысяч вас сдала. Я сама слышала, как она ему сказала, что вы скоро придёте.

— Вот как? Интересно.

— Это ещё не всё! — выпалила Маша, придвинувшись ко мне ближе. Я передал ей деньги и достал уже две пятитысячные купюры.

— Ну давай, бомби дальше.

— Через два дня после вашей драки в общагу пришла та девка, что тебя спасла.

«Хм, а вот это уже интересно!»

— Ну, а ей что было нужно?

— Она этой змее, Динке, денег дала, много, и приказала за тобой присматривать. Я всего не знаю — она меня из комнаты выгнала.

«Какого ёжика с хуем этой аристократке от меня надо⁈»

Отдав деньги Маше, я несколько секунд размышлял над ситуацией и решил пока ничего не менять: здесь я, по крайней мере, знаю, кого опасаться.

Дина легконогой ланью выскочила из подъезда, сверкнув в темноте белыми бёдрами из‑под слишком короткой юбочки. Подскочив ко мне, обдала облаком духов и впилась долгим поцелуем в губы, повиснув у меня на шее.

Вкус алкоголя в поцелуе чувствовался сильнее, чем мне бы хотелось. Девушка ещё пару секунд ко мне прижималась, вызывая естественные реакции моего организма. Не став себя сдерживать, пользуясь темнотой, дал волю рукам. Дина, позволив моим рукам ещё немного погулять по её телу, неожиданно отскочила и, показав мне язык, звонко рассмеялась.

— Идём! А то опоздаем.

Были у меня сомнения, что мы легко попадём в самый крутой клуб города, но, к моему удивлению, мы без проблем протолкались через очередь. Дина, как старому знакомому, кивнула посторонившемуся при виде её вышибале. Через минуту мы уже оккупировали бар, в котором Дина, не глядя на цены, стала заказывать коктейли.

Наклонившись к уху девушки, чтобы не перекрикивать гремящую музыку, я сказал:

— Лапочка, ты особо не увлекайся, у меня денег в обрез.

Я не собирался изображать из себя подпольного миллионера, и у меня не было ложной гордости, присущей большей части мужчин, не могущих позволить женщине подумать, что они не в состоянии купить весь этот бар вместе с барменом.

На мгновение в развесёлых зрачках Дины мелькнуло презрение.

— Не переживай, котик, я стипендию получила.

Три коктейля спустя мы уже тёрлись друг о друга на танцполе. Я, не особо скрываясь, откровенно лапал Дину, но это ни у кого не вызывало удивления. Вокруг нас извивались десятки разгорячённых тел с ослабленными алкоголем и лёгкими наркотиками моральными скрепами.