Кошкин опять останавливает ребят Ольги. Похоже ему в удовольствие побыть подсадной уткой для Рыжей. Так-то, я его даже понимаю.

Быстро разбиваем временный лагерь, с тем, чтобы завтра спокойно можно было бы стартовать обратно в город. Испытываю какое-то чувство дежавю, да и не я один, судя по ощущениям в фоне, и задумчивым лицам Ольги и ребят.

Стас и Павел, перетягивают спящее тело утреннего мужика в разбитый лагерь.

— Вокруг никого нет. Его можно тут бросить, — говорю. Сверяюсь с Аспектом и ощущением разумов. Вокруг немного шевелятся только «чертовы лианы» как раз в направлении еще одной развалины с крышей. Спокойно все, в остальном. — Судя по всему, никто его в ближайшее время не побеспокоит.

Павел со Стасом с облегчением бросают мужика в ратуше. Тут он, в принципе, и от всякой прочей нечисти тоже прикрыт.

— Надо подстраховать, — киваю на Бориса с Рыжей. Они, не дожидаясь основного отряда, уходят в сторону дома на тропе. Ольгин отряд подтягивается со мной. — Вряд ли наша помощь потребуется, конечно, но все же.

Подходим к домику. Большая часть крыши обвалилась, и уже очень давно, но теней внутри вполне себе много.

Кошкин заходит внутрь домика, и тут же шагает чуть в сторону, чтобы не перекрывать линию боя Рыжей. Они как-то сразу мне верят, что «теневик» атакует со спины, и что тварь не особо умная. Так что Борис отшагивает специально.

Тут же, за его спиной, словно из ничего вырастает черный силуэт, с непропорционально длинными руками и ногами.

Ожидаю подобного, потому реагирую не медля ни секунды. Как только «теневик» показывается в проеме, на секунду торможу тварюшку телекинезом. И этой секунды Рыжей хватает, чтобы спалить существо без надежды на восстановление. Кошкин отшатывается от живого факела вглубь помещения, а тварь даже пары секунд орать не может — огонь быстро поглощает монстрика.

— Да, Максим. Похожа на твое описание. Считай, что мы уже все очень заинтересованы, и ждем, что ты нам расскажешь, что бы связать все вот это воедино. — Ольга говорит спокойно, но судя по ощущениям, она очень недовольна. И даже непонятно — собой, или тем, что я рассказываю Кошкину что-то, что вроде как, получается, касается и ее. А ей — нет. В общем такая себе смесь. А вот Рыжая, как фонтанировала любопытством, так и продолжает. Для нее весь выход напоминает сафари, и Клавдия испытывает только радость. Ладно.

— Хорошо, — достаю кристалл, который я вырезал из сердца рептилии совсем недавно. — Мы же все помним про вот этот кристалл, да?

Стас кивает — он то как раз видел, как я его вырезал. Остальные соглашаются, ведь мы это обсуждали.