Ярослав Григорьевич согласно кивнул головой: — Разберусь.

Владимир. Дом Перловых.

Дождавшись «вечернего чая», я присоединился к Перловым для беседы на кухне: — Я больше не рассматриваю вариант поступления в военное училище. «Нулёвке» делать в армии нечего. Дело не только в магической силе как таковой, но и в отношении к ней в армейской среде. В армии я буду изгоем, в которого будут тыкать пальцем. Мне нужно готовиться к какой-то гражданской службе, где магическая сила не востребована или не играет большой роли. Вон, те же Давидовы: ни Симеона Марковича и Анастасию Георгиевну, ни Матвея, ни остальных их детей, уровень магической силы не волнует. Сколько поколений уже работают в Департаменте сельского хозяйства, и живут счастливо, и у начальства на хорошем счету. Пока не готов сказать, какую специализацию выберу и куда буду поступать. Время есть, весной можно будет определиться. Но у меня осталась ещё одна цель. Я столько готовился к имперскому триатлону — с двенадцати лет тренировался. А по факту, даже раньше — мне всегда именно эти виды военных упражнений нравились, и я лет в шесть начал ими стабильно заниматься. Я хочу подать документы на участие в областных соревнованиях. И если получится в каком-то из видов соревнований победить, то буду участвовать и дальше. Так как я нахожусь под опекой, то для подачи документов потребуется Ваша подпись.

Геннадий Алексеевич согласно кивнул головой, поддерживая моё решение: — Конечно, готовь документы. Как только соберёшь, приноси. Все оформим и направим. У тебя все три дисциплины на высоком уровне. Соревновательный опыт громадный. Так что думаю, все шансы не просто есть, они высокие.

— А мы все будем за тебя болеть, — добавила Оксана Евгеньевна. — Андрей, все, кому ты дорог, искренне расстроены такой ситуацией с магической силой. Может, она в самом деле каким-то образом конфликтует с твоим даром. И если посмотреть объективно, в сравнении, то твой дар — это гораздо больше, чем магическая сила. Даром обладаешь только ты и твои возможности не просто уникальны — ты вообще единственный, кто может работать с даром.

— Возможно — кивнул я головой. — Но мне больше всего хотелось бы быть обычным, а не уникальным. Это вообще, большое счастье — быть обычным человеком. И, видимо, недоступное для меня. Так обстоятельства сложились, что магическая сила ко мне не пришла. Буду учиться жить без неё. Сестра Татьяна, когда разговаривала со мной об этом, процитировала какую-то выдающуюся женщину: «Смысл жизни не в том, чтобы ждать, когда закончится гроза, а в том, чтобы учиться танцевать под дождем» *. Буду учиться.