Приобняв дочь, Николай Николаевич кивнул головой в сторону внука: — Закончил его императорское высочество Александр Владимирович скачки, к конюшне правит. Пошли в дом, там какие-то сладости напекли, пора на стол накрывать…
* Надпись на надгробной плите генерала от кавалерии Николая Николаевича Раевского (1771 — 1829).
Глава 12
Владимир. Стадион «Торпедо».
— Андрей, привет. Дрон, здорово! Андрей Андреевич, рад приветствовать! — десятки моих ровесников крутятся по стадиону «Торпедо» — традиционному месту проведения имперского триатлона во Владимире.
Не очень удобно для города, что самый большой стадион находится в центре — недалеко исторические кварталы с «Золотыми воротами», и идущая от него неширокая Дворянская улица, изгибающаяся и переходящая в проспект Ленина. Вот примерно на изгибе и находится стадион. Сегодня в округе все дворы забиты автомобилями, припарковаться негде. Так что выйдя около «Торпедо», свою машину мне пришлось отправить на стоянку в паре километров от стадиона — там-то места для парковки должны быть. Помимо участников, стадион забит людьми на все свои двадцать тысяч зрителей. Сегодня официальное открытие чемпионата, и в церемонии участвуют все, хотя соревноваться сегодня будут только лучники — для них на поле намечены сектора стрельбы и расставлены мишени: за первый день отстреляются все. Потом — второй этап. И финал, по итогу которого должно остаться девять человек. И уже там, среди этих девяти, начнётся борьба за призовые места — в Москву поедут три лучника. Надеюсь, я буду среди них. И статистика предыдущих двух лет за меня — сейчас равных мне во Владимире в стрельбе из лука нет.
Спортсмены строятся в подтрибунных помещениях и за стадионом. Услышав фанфары, под марш физкультурников, мы начинаем выходить на стадион.
— Выродок! Ублюдок! Нулевка! — это всё раздаётся разными голосами, едва мы выходим на беговую дорожку. Похоже, меня здесь ждали: несколько пацанов, выкрикивающих оскорбления, стоят как раз у выхода из подтрибунных помещений — кучкой у парапета, отделяющего поле от трибун. Я в строю и вместе со всеми поворачиваю и иду по беговой дорожке. Крики стихают. Выстраиваемся на поле и через некоторое время я вновь слышу крики за спиной. Вот же неугомонные — похоже, переместились вслед за мной.
Между тем началась торжественная часть: гости, среди которых губернатор области, что-то говорят о спорте вообще и имперском триатлоне в частности, всем желают побед без травм. Крики мне в спину продолжаются и этот визгливый фон с тыла мешает. Плюс и знакомые и незнакомые пацаны, стоящие рядом, начинают недоуменно переглядываться. Кому я так насолил, что он не поленился прийти сам и друзей собрал? Они, наверное, и на стрельбу останутся? Будут орать мне под руку. Надо их турнуть. Перехожу на энергетическое зрение и обрадованно замираю: один из скандирующих — из четвёрки, нападавшей на конюшню. Поворачиваюсь, пацаны скалятся от радости, что я, наконец-то, отреагировал. Разворачиваюсь, под недовольным взглядом старшего «коробки», иду в сторону трибун.