Долететь — долетела. Но — с перебитым коленом. Тем не менее, ушла в кувырок, дотянулась до штурмового комплекса и… во время выката в стойку на колене поймала еще две пули — в плечи. После чего упала навзничь и взвыла от бессильной злости. А вот двух последних наемников положить не удалось — эти мужички двигались так, как будто чувствовали стрелков, поэтому «мои» промазали. Раза по два-три. И унялись. Чтобы ненароком не зацепить товарищей, изображавших засадный полк на векторе, выбранном гостями для бегства. А я в это время перебивал ноги любителям пострелять из РПО.

Кстати, мой приказ не рисковать ни в коем случае был выполнен точнее некуда — вместо того, чтобы тормозить беглецов, отставные вояки включили микро-лебедки, натянувшие между деревьями стальные струны, подождали, пока навернется чуть более шустрый наемник, прострелили ему конечности и сменили позиции. Так что осколки гранаты, брошенной «медленным», никого не зацепили. Не зацепили и четыре очереди, выпущенные «на подавление». А потом щелкнул карабин Щепкина, успевшего не только обездвижить «Зубры», но и просочиться на территорию — и последнему «гостю» раздробило правую руку.

Мы не стали рисковать и после этого — с приличной дистанции лишили всех наемников возможности что-либо делать верхними конечностями, затем избавили от всей снаряги, растащили в разные стороны, качественно сломали «экстренными потрошениями» и дали возможность «высказаться» на камеры телефонов. Первую помощь оказали уже потом. И занялись кто чем — «егеря» перетащили тушки на центральную аллею и выложили в ряд, а я позвонил Голицыну, сообщил, что у нас все в порядке, переслал видеозаписи допросов и ответил на десяток уточняющих вопросов.

— Да уж, жесткая вы личность, Олег Леонидович… — уважительно заявил Анатолий Игоревич сразу после того, как окончательно успокоился. Затем собрался с мыслями и снова переключился в рабочий режим: — Мои подъезжают к мосту через Енисей. Старший группы — майор Блинов Александр Витальевич. Он наберет вас сам. И сделает все, что должно…

…Майор Блинов оказался не только профессионалом экстракласса, но и педантом чистой воды. Нет, меня и моих людей, можно сказать, не доставал — взял с каждого показания и оставил в покое. Зато своих подчиненных загонял до полусмерти. Впрочем, именно его стараниями к шести утра «отстрелялись» даже эксперты-криминалисты, которым пришлось напрягаться больше всех. Впрочем, меня порадовало не это, а три мелких, но важных шага Александра Витальевича мне навстречу. Какие именно? Для начала он не стал накладывать лапу на наши трофеи — заявил, что они взяты с боя и на моей земле, а значит, теперь принадлежат мне. Потом подробнейшим образом расписал алгоритм переоформления огнестрела на меня и ткнул носом во все подводные камни, которые в принципе могли выйти боком. А перед тем, как отбыть восвояси, так же подробно объяснил, почему не стоит трофеить арендные «Зубры».