Сделав столь неоднозначный вывод, я задумчиво почесал затылок и рванул к своим спутницам, успевшим найти какое-то естественное убежище. Прыгал на максимальную длину скачка, поэтому разделявшее нас расстояние преодолел менее чем за минуту и присел на корточки рядом с щелью между двумя валунами размером с одноэтажный домик, наполовину вросшими в склон. Свои соображения высказал буквально в трех предложениях, а потом обратился напрямую к Рюриковне:

— Софа, гипотетически Петр Антонович мог умолчать о межродовой войне, объявленной им или ими, но мне в это как-то не верится.

— И правильно, что не верится! — отозвалась она из темноты. — Находись его род в состоянии войны, ни о какой помощи со стороны армии не могло быть и речи. А ему выделили сначала сапера, а потом целое отделение. Мало того, о том, что Демидовы находятся в состоянии войны, мне бы в том или ином варианте обязательно сообщил командующий ЦВО: в зависимости от формулировки этот факт позволил бы ему либо обелись себя и Неклюдова, свалив вину на Демидовых, либо с гарантией утопить инженер-генерала.

— Тогда я вижу всего одно логичное объяснение бездействия этой шестерки… — хмуро продолжил я. — Это Доломановы, часть боевого крыла, решившая любой ценой отомстить мне и Ладе за убийство десятков родичей, арест и последующую казнь Святополка Лазаревича. Эти уроды искали нас всю вторую половину лета, но безуспешно. А как только узнали о том, что мы поступили в МАО и начали выходить в свет, зашевелились: собрали несколько собственноручно установленных «Шквалов», намеренно взорвали часть первой попавшейся группы добытчиков, грохнули спасателей и через общих знакомых натолкнули Строганова на мысль обратиться за помощью именно к нам. А теперь сидят в засаде между миной и наживкой: если мы на нее нарвемся, но не сдохнем — добьют. Обойдем ее верхами и ринемся на помощь выжившим — ударят в спину.

— Звучит как-то уж очень складно… — после недолгих раздумий угрюмо заключила Рюриковна. — Но другое более-менее логичное объяснение мне в голову не приходит.

— И что будем делать?

— А есть варианты? — желчно усмехнулась она. — Каким бы ни было настоящее объяснение причин их пребывания в неподвижности, налицо преступное безде-…

— Угу… — подтвердил я, не став дослушивать юридическое обоснование наших будущих действий. — Целых два…

— * * *

…Мину обошли верхами, убив на это дело сорок с лишним минут и неслабо перенервничав в тот момент, когда Саша сорвалась с узенького уступа в нехилую расщелину. Слава всем богам, девчонка, не растерявшись, использовала скачок. Причем кинула себя не абы куда, а в мою сторону и на мощности ученика второй-третьей звезды. Поэтому вышла из перемещения менее, чем в метре от меня, была поймана за руку и вторым, в разы менее длинным скачком, помогла мне поставить себя на каменную полку. Вспышку адреналина «погасили» сразу после того, как выбрались на «нормальный» склон и, намеренно удлинив траекторию спуска за счет смещения на юго-восток, подобрались к Демидовой и ее подопечному: щитовик находился в сознании и держал зверье за воздушной пеленой, а девушка экономила Силу, расчетливо всаживая мощные ледяные шипы исключительно в глазницы. И небезуспешно — груда из тушек уже убитых Дичков внушала уважение и невольно напоминала о той самой сезонной миграции, которая чуть было не отправила меня в Навь.Да, на лицах этой парочки присутствовали все признаки пригорания главных жил. Но оттенок кожных покровов и количество кровоизлияний в склерах дарили уверенность в том, что это состояние еще обратимо. Поэтому я со спокойной душой вернулся к своим спутницам, которых оставил метрах в восьмидесяти с подветренной стороны, и уверенно заявил, что выжившие продержатся еще как минимум час.— Яромир, выброси из головы все сомнения! — еле слышно прошипела Софья. — В сложившейся ситуации бездействие этой шестерки однозначно является преступлением, и я, как полномочный представитель Императора, категорически запрещаю тебе подставляться под возможную атаку!— Э-э-эх… — притворно вздохнул я. — Еще полчаса назад я был уверен, что тебе действительно нравятся властные мужчины, а сейчас…— Соф, не напрягайся — он согласился с твоими выкладками еще во время обсуждения! — сдала меня рыжая предательница.— А шутит для того, чтобы помочь мне побыстрее отойти от падения. Кстати, зря: в момент срыва я находилась в глубоком полутрансе, ушла в скачок, как на обычной тренировке, и абсолютно не испугалась… — добавила брюнеточка.— Тогда работаем?Я еще раз прислушался к эмофону Тучки, не нашел в нем никаких признаков страха и озвучил свое решение:— Да. По последнему варианту со всеми моими дополнениями.Сразу после этих слов я дал команду вложить в уши плотные беруши, первым закончил эту процедуру, вернул на место шлем и покинул пригретое место. Короткими, выверенными скачками спустился к безымянной речушке, перепрыгнул