все-таки заставил себя продолжить объяснения:— Принцип развития Воли с пятой звезды и выше классическая наука считает самоубийственным, но со мной он работает. На первом шаге требуется определить нагрузку, на которой начинается выгорание главных жил. На втором — отступить от нее на некую «капельку» и грузить себя в таком режиме. А на третьем и самом сложном — «править» получаемые повреждения. Да, это тяжело. Прежде всего эмоционально. Но…— …ради двух этих навыков можно и пострадать!— Я бы сказал «нужно». Только предупреждаю сразу: все эксперименты в этом направлении будут проходить ТОЛЬКО под моим присмотром и никак иначе: определить правильный «отступ» ты не сможешь по определению, а каждая полностью пережженная жила — это неделя-полторы каторжного труда по шесть-восемь часов в день.— Я была самой послушной девочкой на свете, являюсь самой послушной девочкой на свете и буду ею всегда! — вроде, как в шутку заявила сестренка, но Знак подтвердил, что она считает эти слова обещанием. — Кстати, а есть какое-нибудь упражнение, ускоряющее развитие силы воли, но не требующее постоянного присмотра?— Есть… — подтвердил я. — Мы с матушкой в свое время доработали «злобную прокачку» зеркала и отрицания ветра: она стала сдвигать светляк вплотную к коже и вливать в ожоги исцеление. Причем без обезболивания. Ощущения неприятные, не радуют от слова «совсем», но дают результат в том числе и в прокачке Воли. Только повышение уровня болевых ощущений должно быть очень плавным и неспешным, а заниматься таким извращением больше двенадцати минут подряд и больше четырех подходов в сутки бессмысленно — у Воли, как нам показалось, есть некий предел насыщения…

Глава 7

Глава 7

26 августа 2175 г.

…Наталья с Александрой заявились на первое совместное занятие ровно в одиннадцать утра бодрыми, собранными и чем-то загруженными. Лезть к ним в душу я, естественно, не стал, поэтому сразу после обмена приветствиями проводил в тренировочный зал и предложил снять верх от комбезов.

Девушки покраснели и признались, что срывались в бега с минимумом шмотья, а по магазинам Академии они еще не ходили, поэтому других вещей просто нет. Рыжая, нарисовавшаяся на пороге как раз в этот момент, утащила их в гардеробную, а минут через пять-семь привела обратно.

В ее футболках и спортивных шортиках «соседки» выглядели забавно, но подшучивать над ними я, конечно же, не стал. Построил всех трех учениц в одну шеренгу, провел полноценную разминку, затем предложил новеньким показать свои навыки, атаковав единственную «вертушку», имевшуюся в зале. Парой и в полную силу.