— Лопнешь! — притворно ужаснулся я.

— Не-не-не! — затараторила она. — Мой животик только кажется плоским, а на самом деле в него влезает о-о-очень много вкусняшек! Особенно если никуда не торопиться и кормить с чувством, с толком и с расстановкой.

Ну да, два куска бисквитного торта с заварным кремом улетели, как камень в бездонную пропасть. Но я все равно решил поберечь «плоский животик» и проявил изощренное коварство, достав из пространственного кармана шоколадку.

Наслаждаться этим лакомством Лада любила исключительно лежа, причем возле меня, так что через считанные мгновения «стол» был отодвинут подальше, а я получил боевой приказ перебираться поближе к изголовью и укладываться на спину. А еще через четверть часа и половину плитки услышал вопрос, которого ждал с раннего утра:

— Я-а-ар, а когда ты поднимешь меня в шестую звезду подмастерья?

Все, что можно было выжать только из сочетания разницы рангов и давления магофона пещеры, я выжал еще в конце июня, поэтому следующие десять дней по пять-шесть часов в сутки выкладывался, как раб на галерах, работая с фракталами «волосков» и «ворсинок». Да, теоретически прорвать Ладу на следующий ранг я мог еще накануне. Но лишь за счет нормального сна. Что было крайне нежелательно из-за запланированного экзамена. Вот и отложил этот процесс на сутки, и «самая послушная девочка на свете» приняла это решение без каких-либо возражений. Но ждать, конечно же, ждала. Со все усиливающимся нетерпением. Вот оно и вырвалось наружу.

Не воспользоваться представившейся возможностью повеселиться было выше моих сил, и я выдал заранее придуманную фразу:

— Как только тебе надоест обниматься.

Она прищурилась и «задумчиво» закатила глаза:

— Если отталкиваться от запасов еды в пространственном кармане, то обниматься мы будем с этой минуты и до конца августа. Маловато, конечно, но для начала сойдет…

Я рассмеялся, чмокнул ее в лобик и обозвал маньячкой.

— Ага, я такая! — довольно заявила она, а потом перестала валять дурака: — Планы на вторую половину дня не изменились?

Я отрицательно помотал головой.

— Тогда пора начинать. Чтобы я успела адаптироваться к новому уровню. Кстати, у меня есть маленькая просьба.

— Озвучивай. Выполню… — пообещал я, почувствовал вспышку буйного веселья в эмоциях этой оторвы, и понял, что поторопился.

— Еще минуту тому назад я была уверена, что давно достигла предельно возможного уровня обожания, но ты только что заставил меня прозреть… — хохотнула она, измучила меня длинной театральной паузой и продолжила издеваться: — Я поняла, что ты — живое воплощение доброты, деликатности, сострадания, терпимости и великодушия, и теперь не представляю, чем за все это можно отплатить!