Рита слезла с моих колен и поправила халат. Мы переплели пальцы. Я снова поцеловал ее, придерживая за подбородок.

Внутри меня бушевал шторм. Или даже цунами. Тело получило разрядку, но душа не успокоилась. Ей было мало Риты. Секс только подогрел желание быть с ней. Я еще раз мысленно посмеялся над своей наивностью. Как я мог поверить в то, что разовое «снятие пара» отрезвит мою голову? С каждым разом мне хочется быть рядом с ней еще сильнее. В Рите нет ничего «особенного», она абсолютно простая, но эта незамысловатость делает ее невероятной. Физическое влечение сжигает все на своем пути. Но пожар можно потушить, приложив некоторые усилия. А духовное единство с другим человеком так просто не вытравишь из сердца. Оно вплетается в него мощными корнями и врастает в каждую его клеточку. Если я не планировал так сильно привязываться к Рите, то должен был вообще не предлагать ей писать мою биографию. Хотя нет, не смотреть в первую нашу встречу в ее ослепительные зеленые глаза. Тогда бы они не свели меня с ума, и я бы сейчас находится в здравом уме: сидел бы в кровати и читал книгу, ожидая, когда снотворное наконец поможет мне отключиться.

За окном начало светать.

— Я свихнулся из-за тебя, Рита. Что мне с этим делать? — под влиянием чувств прошептал я, проведя носом по ее щеке и стараясь как можно глубже вдохнуть исходящий от нее аромат дома. Зеленые глаза загорелись огнем.

Рита нежно поцеловала меня. Мы начали бережно ласкать друг друга губами. Зеленоглазка мягко обхватила руками мою шею, а я стал гладить ее по плечам.

Ну это точно сумасшествие какое-то. Не могу привыкнуть испытывать иосознавать такие сильные чувства, и из-за этого они воспринимаются еще ярче. Огонь, который не уничтожает, а создает и наполняет теплом. Причем, когда Риты нет рядом, он затухает, но не исчезает полностью, а продолжает согревать.

Наши поцелуи расслабили меня. Мы оторвались друг от друга и завязали беседу. Я включил лампочку, достал из бардачка две копии договора и протянул Рите, чтобы она изучила и поставила подпись. Зеленоглазка внимательно вчитывалась в условия, а потом поднесла ручку к окошечку для подписи, но замерла и серьезно посмотрела на меня.

— Ром, ты предлагаешь мне это, потому что мы теперь вместе?

— Нет. Потому что ты действительно очень хорошо пишешь и угадываешь мои мысли, — ответил я так же серьезно.

— Правда? — Рита прищурилась.

— Если честно, — я вздохнул и отвернулся, проведя рукой по волосам. — С самого начала я не планировал печатать то, что ты напишешь. — Руки стали холодными, а пульс ускорился.