— Всего около семисот. Но может, я чего-то не знаю. Возможно, Шаман уже своих зомби под ружьё поставил.

— Если семьсот, то почему так мало нас встречало?

— Вероятность, что вы попрёте через центральные ворота, была маленькой. Думали, что вы хитрее и что-нибудь неожиданное предпримете.

После этих слов мне стало как-то неудобно, а Савков продолжил:

— Поэтому тут чуть больше двухсот человек поставили. Причём из них половина новые. А главные силы охраняют штаб. Там двести самых прокачанных и преданных Медведю. И ещё сотня таких же в резерве. Готовы ввязаться в замес в любом месте точки. А остальных перемешали и раскидали по воротам. Тут больше, на другие поменьше. Новых половина в этих группах.

— Каких новых?

— Ну у нас… — Савков осекся. — У красных всегда под ружьём было примерно пятьсот бойцов. Больше не нужно, полтысячи хватало для паритета с блатными. После той стычки, когда ты уходил, около пятидесяти человек погибли или были ранены. То есть в строю четыреста пятьдесят осталось. И двести пятьдесят набрали потом. Либо из красных, кто был в запасе, либо из коммерсов. Эти двести пятьдесят не бойцы особо. Пока Медведь силён, они вынуждены воевать. Но если красные дрогнут, то они разбегутся. Жизнь отдавать за Медведя и его бредовые идеи не станут.

— Что за идеи? — спросил Соломоныч.

— Да там больше Шаман бредит…

— Давайте об этом потом поговорим, — Генрих заметно нервничал. — Если там семьсот человек, то, возможно, большая часть их сейчас сюда бежит. Надо готовиться к обороне.

— Не надо, — улыбнулся Савков. — Они за Точку не выйдут. Уверены, что если её покинуть, то начнётся процесс и сумасшествия не избежать даже после возвращения. Поэтому тут вообще не переживайте!

— Из твоих слов выходит, что если мы нападём недостаточно эффективно, то против нас будут биться семьсот человек, но если сразу же дадим красным жару, то двести пятьдесят разбегутся, и нам будет противостоять только четыреста пятьдесят. Я правильно тебя понял?

Слова Генриха, видимо, смутили нашего гостя и тот поспешил внести уточнение:

— Я это не обещаю! Но так очень даже может быть.

— Значит, надо сделать всё возможное, чтобы эти двести пятьдесят человек разбежались! И мы это сделаем! — мне очень хотелось поднять настроение и боевой дух у своих товарищей. — Скажи, Виктор, какие у Медведя и Шамана слабые места? Ну если знаешь, конечно.

— Трудно сказать. Шаман очень скрытный. Ничего никогда не говорит особо. Он сильно на этой Магии Крови помешан. Ну и вообще на магии. Ничем больше не интересуется. Не знаю даже, какие у него слабые места.