Я не стал дожидаться, пока у них спадёт страх передо мной. Потому что, кинься они на меня толпой, вполне возможно, и затоптали бы. Быстро выпустив в воздух две короткие очереди, я закричал:

— Кому пулю в лоб?

— Я с тобой ещё разберусь! — злобно прокричал мне Медведь, но сам при этом нападать не стал, понимал, что не на пустом месте я себя так вёл.

Он отдал приказ своим людям срочно бежать к штабу и защищать его. Несколько человек, правда, и без приказа командира попытались броситься на меня. Но я даже не стал дожидаться, пока они подбегут, и решил проблему при помощи очередной очереди в воздух из ПКМ.

Противник убежал к своему штабу, и я неожиданно остался один. Нагонять Медведя и геройствовать не хотелось, поэтому я решил подождать ребят. Долго ждать не пришлось. Как выяснилось, Соломоныч, выведя впечатлённых моими фокусами противников, тут же рассказал обо всём Генриху и остальным. Ребята резонно решили, можно смело переходить границу, что тут же и сделали. Не встретив никакого сопротивления, а, точнее, вообще никого и ничего не встретив, мои товарищи отправились к красному штабу. Спустя десять минут после ухода Медведя, они подошли ко мне.

Все были полны сил и решимости очистить Свободный Город от сумасшедших маньяков. С этой стороны забора сразу же улучшилось самочувствие у тех, кого уже начали мучить головные боли. Ребята довольно быстро пришли в себя. Как оказалось, Система прощала возвратившихся блудных сыновей Точки. Учитывая это и то, что многие, сомневавшиеся вначале, всё же приняли решение идти за забор, наш отряд насчитывал сто шестьдесят бойцов. Это было немного, но зато все горели желанием отомстить, и боевой дух был на невероятной высоте.

Подойдя к красному штабу, заметили, как подчинённые Медведя пытаются его тушить. Получалось у них не особо хорошо, верхний этаж пылал уже вовсю. Без полноценного пожарного расчёта единственное, что стоило делать, это спасать людей и особо ценное имущество. Красный штаб был обречён на полное уничтожение, и мы решили этот процесс ускорить.

К тому времени, как подойти к штабу, я уже сменил пулемёты на палицу, любезно захваченную Гариком.

Защитников штаба оказалось примерно в полтора раза больше, чем нас. Но половина этих людей даже пожар тушили из-под палки, чего уж было говорить о битве до последней капли крови.

Побоище началось как-то буднично: враги, как смогли, наспех выстроились полукругом, мы, особо не перестраиваясь, как бежали, так и врезались в их ряды. Положа руку на сердце, можно было признать: это был не бой, а просто большая драка. Дрались остервенело, без жалости и пощады. У нас накипело, они со страху.