— Разумеется ответят, — дернул тот головой. — Куда денутся? Ты только сначала в Сонресорм вернись. И власть свою вместе с троном удержать сумей. Уверен, так разбираться с ними будет гораздо сподручнее.

— Погодите, — вдруг встрепенулся Каголи. — Насчет власти. Так вот почему почти все младшие семьи поддержали нынешнего Ютиса и его претензии на ресскую корону? Это и есть те самые старые традиции, что он обещал им не трогать?

— Не только, — поморщился Равеслаут. — Он им там много чего наобещал, в том числе такого, что выполнять и не мог, и не собирался. Но и это тоже, да.

— Как я могу вернуться, — взгляд Шоралта стал, наконец, вменяемым. — Если эти твари открыли охоту на мою жену? Я должен сам им ее доставить? И проверить, на что они еще готовы пойти ради своих медяков?

— Верни себе старый венец, как собирался! — резко перебил его Пепел. — Заодно и эту проблему решишь. Причем раз и навсегда.

— Как? — не поверил тот.

— По старым законам та, что носит венец королевы, в случае спора может распоряжается жизнью любой женщины. Понимаешь, да? Хоть казнить, хоть миловать, черную лагарну раздавать, если захочет. Она окажется в своем праве! И пусть попробуют после этого придраться и возразить. Хотели древних традиций — ну так устрой им их. Пусть радуются. А заодно напомни, что за попытку помешать ей, наказание будет как за нарушение клятвы. По тем же самым любимым ими обычаям.

— Что ж, — кивнуло величество. — Еще один аргумент найти и достать эту цацку.

— Как будто их тебе и без того не хватало, — буркнул в ответ Пепел. — Лучше скажите, что с этим говнюком Енси делать будем? Проспится же скоро… Вдруг решит, что вместо нас к нему сегодня галлюцинации заглядывали и вернется к… выполнению заказа на твою жену?

— Я его сейчас лично за борт отправлю! — начал подниматься Ралт. — За шиворот, как шавку!

— Он ее любит, — неожиданно и непонятно вмешалась Лина, заставив всех замолкнуть.

— Кого? — первым очухался Пепел. — Шавку?

— Делоризу, — укоризненно глянула на него ресса.

— А, ну почти угадал, — буркнул тот, и Лит мстительно улыбнулась.

— Правда любит. Я чувствовала. По настоящему.

— И что? — не унимался Равеслаут. — Нам — то что с того? Думаешь, от этого он немедленно раскается и уйдет в миссионеры?

— Не знаю, — загадочно улыбнулась та в ответ.

— Скорей уж наоборот, — скептически оценила эти варианты Литси. — Если судить по предмету его страсти.

— Кстати, насчет «предметов», — сменил тему Пепел. — Что-то Нерма давно нет. Странно, что он задерживается…

Лит глянула на часы, тикавшие на стене напротив, встрепенулась и поднялась: