Разумеется, мы потребовали ещё добавки, а маман вспомнила о булочках с корицей, которые приготовила Аннушка. Она щедро раздала их, и я с наслаждением вгрызся в мягкую душистую сдобу. Да и булочки на природе тоже особенные.

Я вспомнил слова бати, и меня осенило. Точно! Игорь же недалеко!

Змейка пока не нашла Шувалова. И я отправил её на поиски группы наёмников, в числе которых Игорь и тот седой старик с бородой и мудрым взглядом, Клим.

— Серёга, а как ты сделал это? Мы же всё видели, — тихо обратилась ко мне Юленька. — Да, Мишка?

— Мне некогда было видеть, — улыбнулся через силу друг. — В это время в меня воткнули нож.

— Ха! Царапинку получил, а уже в ветераны себя записал, — иронично улыбнулась бестия.

— Если бы по тебе лезвием провели, по-другому бы разговаривала, — пробурчал Мишка.

— Ну всё, хватит, — пресёк я напряжённую беседу. — Вы ещё подеритесь из-за того, кто пострадал больше. Всем досталось. И Мише тоже, и тебе, Юля.

— Ладно, извини, Мишут… — Юленька вовремя осеклась. — … Миша. Так что, Серёж, как ты смог это сделать? Ты же ни разу не превращал никого в монстров. И вдруг…

— Я не знал, получится ли, — ответил я. — Отдал мысленную команду…

В общем, пока змейка искала Игоря с Климом, я вкратце объяснил, что ничего необычного не чувствую. Мысленные команды, образ существа, в которого хочу превратить врага. Импульс. Вот и всё.

Правда, в груди после этого до сих пор покалывало. Всё-таки пришлось работать на пределе своих способностей.

Друзья восхищённо о чём-то говорили, а я в это время увидел группу наёмников. Они находились в деревне, окружённой высоким частоколом. И нуждались в помощи.

Три мёртвых наёмника лежали у ворот частокола. Ещё четверо защищали столпившихся за ними жителей деревни, которых не меньше пятисот человек.

У Игоря голова перебинтована тряпицей, уже пропитанной кровью. В руках он судорожно сжимает изогнутый меч. Клим шёл к смотровому окошку ворот, прихрамывая на одну ногу. На второй я заметил глубокую рану от звериного когтя, которая также была наспех закрыта куском ткани.

А потом я увидел питомцев Шувалова. Другого варианта здесь и быть не могло.

Крупные звери собирались недалеко от деревни и готовились к решающему штурму.

Вот я заметил тёмного жреца. Он вышел на большую скалистую площадку, вытянулся в полный рост и указал в сторону деревенских ворот.

Белые медведи, огромные волки и рыси не рычали, не громыхали своими голосами.

Страшно было то, что эти тёмные твари, не издав ни малейшего звука, бросились вперёд. Лавина жутких зверей спустилась с возвышенности, окружая частокол.