— Я поговорю с командованием, может быть получится дать вам небольшой курс на выходных, чтобы получить официальный ранг.

— Домо аригато.

Про армию и остальное — это надо хорошенько подумать. Пока же хватит с меня и нагрузки сэмпай в школе. Часов в сутках двадцать четыре и мне их уже начинает не хватать.

* * *

Ужинали дома. Опекун парней уже чуть ли не за родственников считает, болтает о разном, жалуется на проблемы, прочитанные в газетах или услышанные по телевизору. Масаюки больше отмалчивается, он вообще предпочитает лишний раз рот не открывать, а Нобору поддакивает. Потом обнаружили, что с Аки-сан оба диванные любители рыбалки и давай обсуждать, куда летом лучше всего на форель поехать. Когда допили чай, я перебрался в свою комнату и там сделал краткое объявление.

— Так, месяц у нас выдался заполошный, но закончился хорошо. По итогам всех треволнений я принял решение и поднимаю вам зарплату. Масаюки-сан, ты будешь в месяц теперь получать триста тысяч. Нобору-сан, тебе двести пятьдесят. Плюс еще за этот месяц каждому премия по пятьдесят тысяч. Вот ваши пакеты. — Заметив слабую тень сомнения на лице телохранителя, выгибаю бровь: — Что-то не так, Масаюки-сан?

— Господин слишком добр ко мне. Мне вполне хватает старой зарплаты.

— Будешь меня расстраивать, станешь получать старую. А пока — я должен еще раз повторить, что очень вами доволен. Вы показали, что достойны звания самураев, вы прикрыли мне спину и дрались с врагами до последнего. Благодаря вам весь клан произвел хорошее впечатление на микадо и простые японцы еще раз вспомнили, что Инагава-кай стоит на страже их интересов. Поэтому — предлагаю на сегодня заканчивать, увижу вас завтра утром. Жду к восьми. Позавтракаем и будем домашними делами заниматься. Вечером у меня сначала учеба в госпитале, потом поедем к оябуну. Будем праздновать... Все, вопросы есть?

Вопросов не было.

* * *

Сидя в машине Нобуюки Танигути растирал ноющие предплечья и еле слышно чертыхался. Сослуживец, крутивший баранку, с долей сомнения спросил:

— Я только одного не понял, почему ты ему поддавался?

— Поддавался? Шинджи-сан, ты хоть не издевайся. Мы с ним на равных закончили. И я свои схватки выиграл по одной-единственной причине: я его тяжелее и взрослее. Когда парень наберет массу и окончательно войдет в тело, он меня станет рвать в девяти случаях из десяти.

— Он же мальчишка!

— Ага, проверить которого попросили из императорской канцелярии. Кстати, ты тоже подписку давал. И тебе тоже отчет писать... Но у меня из солдат с ним вряд ли кто-то сравнится. А парню всего шестнадцать.