— Я хочу, чтобы ты понял, Шиджо-кун. Мы не гокудо — уголовники, обижающие людей на улицах. Мы — новые самураи, мы — нинкё. А чем они отличаются от шпаны и бандитов? Тем, что не обижают слабых и помогут человеку в беде. Поэтому если хочешь в клубе у меня заниматься, то должен запомнить раз и навсегда. Я учу не хулиганов. Я помогаю воинам отточить мастерство и открыть новые грани таланта. Если станешь моим учеником, то это наложит на тебя определенные требования. Ты понял?

— Хай, сэнсей. Я буду стараться.

— Тогда сейчас покажу тебе, что нужно для общего развития. Сначала тренируем тело, через это закаливаем дух. А я вечером перезвоню Ватанабэ-сан, уточню, что он одобрит, а что пока еще тебе рано.

Ничего, физкультуру я точно парню дам. Заодно еще и заставлю кушать хорошо, у нас на кухне полно морепродуктов и разных овощей-фруктов. Пусть растет. Научится и кулаком в лоб стучать, чтобы не обижали. И просто руками что-то собирать полезное. Ту же сантехнику подремонтировать или мотоцикл до ума довести. Все лучше, чем с другими малолетками у остановок прохожих задирать.

— Можно спросить, Тэкеши-сэнсей?

— Конечно.

— Разве пальцем в шею можно кого-то свалить? Я бы лучше вот так ударил, — и один широкий замах, другой. Это даже не зачатки каратэ, это именно школьная драка в подворотне. Зато от души.

— Нобору-сан, можно тебя на секунду?.. Посмотри на него, Шиджо-кун. Как думаешь, если я ему попаду в живот, то что будет? Не знаешь? А я тебе отвечу — ничего не будет. Его можно кувалдой долбить, все без толку. И голова у Нобору-сан почти железная. Я быстрее кулак отобью, чем заставлю его хотя бы на шаг отступить. Но человеческое тело — оно не везде укреплено сильными мышцами. Есть места, куда достаточно просто нажать и любому великану не понравится. Горло, глаза, голень. В пах попасть — мало не покажется. И для этого вовсе не нужно кулаком кирпичи дробить. Смотри...

Подхожу к стене, где привинчена деревянная макивара с намотанной сверху жесткой веревкой. Ладонь “копьем”, пальцы чуть подобраны. Легонько тыкаю:

— Вот так. И я себе ничего не сломаю, и будет очень неприятно. Надавить — твой противник на шаг отступит. Ударить — можно убить. Поэтому тренировать это надо с наставником и понимать, как твое тело превращается в оружие. И когда, где и в каких ситуациях оружие можно использовать в полную силу.

Мальчишка осторожно пытается повторить. Но в глазах все еще сомнение.

— Не веришь? — с улыбкой сдвигаюсь вправо, там любители разбивать костяшки приделали куски цельного дерева — эдакие квадратные бруски толщиной сантиметров по двадцать. Заставив кончики пальцев потеплеть, резко врубаю — “ха-а!”. Выдергиваю руку, в деревяшке промята дыра сантиметров пять в глубиной. Будь это живой человек, я бы запросто противнику проломил гортань и разрушил позвоночник. Секунда — и нить чужой жизни оборвана. — Надо верить в себя, Шиджо-кун. И не обращать внимание на тех, кто злословит за спиной. Если враги шипят в твою сторону, это хорошо. А вот если начнут хвалить, то надо задуматься, где ты ошибаешься.