— Вы же все равно вели медитативные практики? И меня обучать взялись добровольно? — удивленно спросил я.
— Э-эх, — уронив голову на руки простонала Хотару. — ты просто не понимаешь! Исследование — это так здорово, открытие истины, создание чего-то нового или понимание скрытого в глубоком прошлом. А возится с мелочью, которая ничего не понимает… вот ты совсем другое дело. Расскажи, как тебе, семилетнему ребенку, удается разбираться в древних письменах, которые знают лишь тифлинги. Ведь ты не один из них. Я проверила.
— Меня просо учили этому с детства. — улыбнувшись пожал я плечами, поймав хитрый взгляд докторши. Все понятно, она мне не верит, хочет вывести на чистую воду и выбрала для этого вот такую тактику. Неплохо. Если не опыт и встреча с убийцей я даже повелся. Но не сегодня. — Госпожа, у меня скоро занятия начнутся, а я еще не завтракал.
— Конечно, как я могла забыть? Давай проверим твою кровь. Надеюсь повторять представление с шаром и умным смотрением на то как она смешивается с реактивом не нужно? — с энтузиазмом сказала женщина, доставая крохотную ампулу с прозрачной жидкостью. Затем она сделала надрез на моем мизинце и выдавила несколько капель крови в реагент.
— Что за черт. — невольно вырвалось у меня, когда емкость осветилась изнутри ярко зеленым.
— Очень интересно. — с загоревшимися глазами произнесла Хотару, взболтав для надежности пузырек двумя пальцами. — Никаких следов Сюэ и Юань-ци. Разве что самые маленькие. Неужели жизнь победила душу и кровь? Ты наконец определился с факультетом и выбрал дальнейший путь? Или это не сознательное решение?
— Мне нужна новая доза реагенов. — сказал я, проглотив ком стоящий в горле. Я и сам чувствовал недомогание. Но надеялся, что это просто временный эффект. Если же эссенции красного и черного типов растворились. Дьявол. О возвращении интерфейса в таком случае можно забыть. — Я должен попробовать восстановиться.
— Да, конечно. — легко согласилась доктор, поставив передо мной три подготовленные пробирки, черного, красного и зеленого цветов. Последнюю я отставил в сторону, с Чжен-ци у меня похоже и так никаких проблем нет. Взяв самую важную, черную, и пипетку я наклонил голову на бок и залил несколько капель в ухо, приготовившись к новой порции боли. Но ничего не произошло. Словно грязной воды налил.
— Не работает…
— Не может такого быть. — помрачнела Хотару. — она ничем не отличается от той, что ты принял позавчера. Вот, они даже стояли в одной подставке.
— Вот черт. — в ужасе проговорил я, глядя сквозь пробирку на всходящее солнце. Черные хлопья сбившихся вместе погибших микроорганизмов плавали в почти прозрачной воде. Чуя неладное, я взял красную пробирку. То же самое. Только зеленая оставалась равномерной. — Они все мертвы. Осталась только Чжен-ци. Мы должны рассказать об этом ректору…