— Хотите сказать, отец, что он намеренно так вызывающе себя ведет? — нахмурился Гуанюй. — Разве это не просто дурной детский характер?
— Это не важно, сейчас по крайней мере. Начинайте! — приказал Фенг Ки, и я едва успел взять со стойки палку, означающую не то короткое копье, не то глефу. По крайней мере использовать я его собирался как второе. Тело будто само встало в базовую стойку, на отработку которой я потратил уже не меньше двухсот часов.
Противник почти полностью повторил мой выбор, но та грация и легкость с которой он крутанул посох, свидетельствовала уже не о сотнях, а о тысячах часов, проведенных в тренировочном зале. Скорость движения парня была куда выше моей или той что показывал на занятиях Ичиро, совсем другой уровень. Кроме того, противник был просто физически сильнее. Раза этак в два.
Когда он перешел в атаку я почти перестал видеть концы палки, человеческий глаз не успевал следить за движениями раскрученного оружия и единственное что мне оставалось — постоянно соблюдать дистанцию, отступая. Первая же попытка блока привела к серии ударов, из которых я смог отразить хорошо если половину.
— Хватит убегать. — зарычал парень, видя, что я в очередной раз отпрыгнул от его удара. — Дерись как подобает!
— Да что ты понимаешь. Тебя же выгнали из академии за то, что ты можешь ударить только ребенка. — усмехнулся я, и потеряв дыхание тут же оказался под ударом, от которого мне пришлось спасаться перекатом в сторону. — Или ты бил девчонок, которые были в два раза слабее тебя? А нет. Прости. Я был не прав. Это девчонки тебя побили, и ты после этого сбежал?
— Прибью! — взревел парень не хуже собственного отца, и бросился меня догонять уже совершенно не заботясь о стойках или правильности постановки ног. Собственно, именно на это я и рассчитывал. Для этого и вывел из себя его папашу. Если родитель не в состоянии себя контролировать, то что уж говорить о ребенке?
Прыгнувший на меня парень внезапно обнаружил что противник вместо того чтобы убегать или сжаться в страхе шагнул вперед. Он все еще был на безопасном расстоянии. Больше полутора метров и считал, что ему ничего не угрожало. Последнее его заблуждение в этой схватке. Выбросив руку вперед, я отпустил рукоять копья, и оно впечаталось в солнечное сплетение неудачливого бойца словно дротик. Какой бы не был накачен пресс если между твоими кубиками прилетает палка, пущенная со всего размаха, мало тебе не покажется. Парень упал на одно колено, держась за живот и простонал.
— Вставай тряпка! — заорал вельможа. — что ты за ничтожество если не в состоянии побороть даже соперника в два раза младше себя!