Сюте вспомнилось ощущение, когда голова Би уютно ложится в ладонь. Даже если доктор из странной клиники будет возмущаться – Сюта ни за что не уступит! Наверное, это имелось в виду под «в дело должны вступить в эмоции». Рядом с Би хорошо. Ее очарование скрашивает серые будни. Наверняка она подарит Сюте еще много-много счастья.
Впереди показался знакомый дом. А там… Сюта остановился. Впереди, под одиноким фонарем, стоял Эмото. Он уже заметил Сюту и блекло улыбался ему.
– Здравствуйте…
– А, Кагава, здравствуй. Похоже, у тебя все хорошо.
Улыбка у Эмото выглядела непривычно заискивающе, а голос звучал безжизненно. Сюта все никак не мог сдвинуться с места. Его захлестнули эмоции. Но Эмото сам подошел и положил руку ему на плечо.
– Знаешь, как я переживал, когда ты вдруг сбежал и перестал появляться. Но не переживай. Я тебя прикрыл. – Эмото неестественно хихикнул, тревожно огляделся и понизил голос. – Видишь ли, ты, похоже, меня неправильно понял. Вот я и решил поговорить еще раз. Понимаешь, это все Кидзима. Он у меня за спиной начал крутить интриги с моими клиентами.
– Послушайте, я больше не хочу иметь с этим делом…
– Нет-нет, ты должен понять. Я, еще когда Кидзима вдруг перестал появляться, понял – что-то тут не чисто. И представляешь – оказалось, он вздумал брать мзду с пожилых клиентов за то, что якобы поможет им преуспеть на бирже. Втайне от компании, разумеется. Он и меня обманул. Конечно, я тоже чувствую ответственность – сам ведь дал ему доступ к своим клиентам, чтобы помочь поднять показатели.
– Послушайте…
В памяти всплыло лицо Кидзимы, когда он рассказывал о бабушке из числа клиентов, которая с радостью ждала его прихода. Но явную ложь и оправдания Эмото тоже было слышать больно. Сюте даже стало его немного жаль, несмотря на всю его неприязнь к бывшему начальнику.
– От меня тут ничего не зависит, понимаете? Я уже решил уволиться, и…
– Что ты такое говоришь? Мы с тобой оба – жертвы обмана. Это все Кидзима! Все его проделки! Ты должен объяснить это руководству! – Эмото сорвался на крик. Он наступал на Сюту, пока тот не уперся спиной в стену дома.
– Успокойтесь, пожалуйста.
– Какое тут спокойствие! Хорошо тебе! Уволишься – и как с гуся вода. А мне что делать?!
Вопли Эмото звучали сдавленно и отчаянно – совсем не похоже на его брань во время утренних летучек. Его голос эхом отозвался от стен темной улицы. Би испуганно замяукала из переноски и яростно закопошилась. Сюта поднял переноску и прижал ее к груди.
– Спокойно, Би, не бойся.
– Кагава, прошу. У меня ведь семья. Я не знаю, что со мной будет, если делу дадут ход. Подыграй мне хотя бы ненадолго. Я за это время успею вернуть клиентам деньги, – молитвенно сложил перед собой руки Эмото. Сюта покачал головой.