повернулась к ней. Серега таращился во мрак, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь, кроме неясного силуэта. Силуэт сместился, шагнул к Сладе. Это движение привело Духарева в такую ярость, что он, не думая, ринулся вперед. Прыжок, мощный ки-ай [7] , короткий полет… И промах. Серега промахнулся, приземлился, заскользил по траве, удерживая равновесие… А враг уже убегал, громко топоча, с хрустом ломая кустарник. Всего несколько секунд — и топот и хруст растворились в ночной тишине. Духарев потрогал лезвие ножа. Сухое. Не слабо. Серега, переводя дыхание, подошел к Сладе. Отвел ладошки, которыми она зажала уши. — Ты права, маленькая,– сказал он.– Это плохая ночь. Давай одеваться, детка. Кстати, кто это был? — Нежить,– чуть слышно проговорила Слада.– Пойдем домой, Серегей, хорошо? — О чем речь,– напряжение понемногу отпускало Духарева, уходило, сменяясь радостным чувством победы.– Нет, ты слышала, как он ломанул? — со смешком спросил Духарев. — Он крика испугался… — проговорила Слада, обматывая и завязывая юбку.– Ты так кричал… Как волох! — Я могу,– самодовольно заявил Духарев. Внутри него шевельнулась мыслишка, что все могло кончиться совсем скверно… Но не кончилось же! И Серега прогнал зазорную мыслишку прочь. Но выводы сделал. «Дурак ты, Дух! — сказал он сам себе.– Разомлел, как будто в каком-нибудь Репине за пансионатом на лужайке. А здесь, блин, медведи по лесам гуляют, и такие вот йети, и еще черт-те что! Хорошо хоть, дурак, Сладку послушался — купаться не полез. А то оторвал бы яйца какой-нибудь местный водяной!» И опять прихлынуло неприятное чувство, что он здесь — чужой. И совсем не так крут, как хочет казаться. И в понятиях местных не разбирается, и вообще… «Ничего,– успокоил он себя.– Какие наши годы! Прорвемся!» Он застегнул пояс, и они пошли обратно. Сначала — к реке, потом по тропке вдоль берега. На кургане догорали костры. С его верхушки сорвалось огненное колесо, покатилось вниз, подпрыгивая, разбрасывая искры. Рядом с колесом прыгали и верещали крохотные человечьи фигурки. Колесо сорвалось с берега и ухнуло в реку. Фигурки с плеском и смехом посыпались следом. Эти совсем не боялись. Наверное, для них это была хорошая ночь. Замечательная! Курган они обогнули стороной. И священную рощу, где стояли идолы, тоже обошли по краю. Пару раз на них выбегали голые веселые люди с факелами, кричали что-то жизнерадостно и исчезали между деревьями. Каждый раз Слада крестилась и бормотала молитву. Ей было страшно. Обойдя рощу, они снова спустились к берегу и у самой