Там, посовещавшись, воздухоплаватели дружно ухватились за какой-то элемент такелажа, похожий на обычную тарзанку с деревянной перекладиной, и, хором гаркнув нечто сродни японскому «Банзай», сиганули обратно на палубу. Огромный, похожий на веер, парус дрогнул, слегка сложился как гармошка и медленно величаво повернулся градусов на пятнадцать, от чего уже весь летающий корабль немного скорректировал свой курс, а моряки, быстро подвязавшие нужный канат к особому креплению, убежали возиться с боковым «плавником».

Летающая джонка, словно огромный живой организм, чутко реагировала на каждое действие своей многочисленной команды, действующей порой так слаженно, что казалось, будто наднебесники объединены в единый коллективный разум, во главе которого стоял капитан и его помощники. Что-то постоянно вертелось, тянулось, скрипело и поворачивалось. Туда-сюда бегала матросня, перетаскивали какие-то грузы, катили бочки, таскали бухты канатов, а с рей на палубу спрыгивали всё новые и новые лихачи, правя, таким образом, массивные перепончатые паруса по ветру.

Собственно, именно по причине такой вот активности пассажирам и следовало находиться в жилых каютах, а не путаться у команды под ногами. Это в пределах Империи, на огромной высоте, можно было выйти на нужный курс и полдня чесать по прямой, лишь изредка сверяясь с ориентирами за бортом. А здесь, внизу, управление кораблём превращалось в ежеминутный филигранный труд, да ещё и сопряжённый с риском для жизни.

«М-да… — подумал я, провожая взглядом матроса, лихо съехавшего по канату куда-то за борт джонки, а затем, как ни в чём не бывало, забравшемуся по нему до фальшборта и учесавшего по бортику куда-то в сторону кормы. — Вспоминая, как мы с Янкой воздухоплавали вдвоём на древней, чудом сохранившейся яхте, даже жутковато становится. Удивительно, что мы вообще куда-то долететь умудрились…»

— Кузьма, — майор подошёл ко мне незаметно — для матросов, но я, обладая «третьим глазом», срисовал его ещё на нижней палубе.

— Раскололся? — По другой причине Воронин не стал бы лично меня сейчас беспокоить.

Вообще, провозились наши спецы изрядно. Личная защита разума у гада была очень сильная, даже спецсредства не брали, в том числе и химия. Но, как говорится: «Вода камень точит!» — вот и применили мужики после неудачного блицкрига старинную азиатскую пытку с каплями.

— Запел соловьём, — недобро улыбнулся майор, а затем нахмурился. — Рассказал всё, что знал, и даже немного больше. Кузьма, у нас серьёзные неприятности, но при этом появилась реальная перспектива вернуться из этого мира в наш родной. Если с эльфами не выгорит.