То, что Источник Николетты глушится не седативными препаратами, а блоком инклюза, меняло ситуацию. Поэтому завтра мы с ней еще будем упорно курить теорию, и локация не сильно важна. Здесь же, в кабинете, заниматься комфортней, чем на мусорке Полигона.

— Так как время на подготовку касания стихии у нас ограниченно, мне нужно, чтобы к завтрашнему дню ты сильно-сильно утомилась и воспринимала информацию через не могу. Это будет частью сжатого процесса обучения. На сегодня все. Вопросы?

— А можно?

«Можно Машку за ляжку, а у нас — разрешите», — подсказал внутренний голос.

— Можно, — это уже вслух.

— Тебе нужны от меня полная откровенность и доверие, — полуутвердительно произнесла Николетта.

— Именно так.

— Могу я рассчитывать на аналогичное с твоей стороны?

— Так… Я разве закрываюсь? — недоуменно развел я руками.

— Я не об этом. Если я задам интересующий меня вопрос, могу я рассчитывать на ответ?

— Хм… видишь ли… Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам. По праву рождения и по роду деятельности я накопил немало скелетов в шкафу. Мне, в принципе, совсем не жалко откровенных ответов. Другое дело, что ответы на некоторые твои возможные вопросы могут повредить не только мне, но и другим людям. Да и тебе, собственно. Это раз, и два — ты эмпат, а я нет, и от тебя не закрываюсь. Ты гарантированно знаешь и чувствуешь, что я восхищен твоим умом, статью и ослепительной красотой, а я о твоем отношении ко мне не знаю. Может быть, ты меня презираешь и думаешь, как бы поскорее мне в голову гвоздь забить? Поэтому у нас и так обмен неравнозначный. Так что насчет вопросов… я не особо приветствую подобное начинание, но, если тебе так сложно не задать вопрос, задавай, не держи в себе. Но ответ я не гарантирую.

— У меня немного вопросов.

— Поджигай.

— Какой у тебя ранг?

— Высокий. Точно не знаю.

— Выше шестого золотого?

— Да.

— Как тебя зовут?

Глубокий вдох и не менее глубокий выдох. Сошло вместо ответа.

— У тебя есть девушка?

— Невеста.

— Ты инициирован в Огненной стихии?

— Да.

— У нас все получится?

— Да.

— Хорошо, — сглотнула Николетта, которая устроила экспресс-допрос, задавая первые попавшиеся вопросы определенно лишь только ради этого, последнего. И в момент произнесения вопроса направила всю свою эмпатию в восприятие.

Едва Николетта получила такой желаемый ответ, как с нее вдруг моментально слетел внешний лоск. И я увидел перед собой совсем юную, растерянную и до смерти испуганную девушку.

— Прости, — дрогнувшим голосом произнесла она. — Я просто очень-очень сильно боюсь, мне важен был твой ответ, я пытаюсь справиться со страхом, но…