Впрочем, от осознания приукрашиваемой Василием действительности сильно не расстроился — он в некоторых вопросах до сих пор как ребенок. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы головы никому зря не отрывало.

Так, ладно, к делу.

— Посмотри вон туда, — показал я Васе на стайки детей и подростков, которые не расходились после того, как пробежались сюда за машиной такси.

— Видишь?

— Вижу.

— Мне нужно приставить их всех к делу. Через Гека или дядюшку Абрама закупи или достань очки, линзы, что хочешь — главное, чтобы это были девайсы с возможностью видеозаписи и регистрации времени и локации на серверах RODZ. Мне нужно, чтобы вся эта братия не бесцельно по району слонялась, а стала нашими глазами. Мне нужно, в идеале, протоколировать каждый факт сброса мусора, нужны номера машин, которые сюда катаются нелегально, нужны время и локация сбросов.

— Понял, босс.

— Не совсем. Я еще не закончил.

— Босс, это все доступно даже для…

— Вася.

— Босс?

— Мусор здесь нелегальный, это большие деньги. А где нелегальная деятельность и большие деньги, там большой интерес больших людей. Поэтому информацию нужно собирать очень аккуратно — потому что это, в перспективе, рычаг влияния. Есть институт репутации, трещина в котором иногда в денежном эквиваленте неоценима. Вася! — окликнул я и похлопал в ладоши.

— Босс?

— Слушай и запоминай. Завтра спрошу, как понял.

— I’m on fire, boss! — моментально напрягся Василий, приготовившись внимательно слушать.

— Простой пример: есть корпорация, есть корпоративная политика — лицо организации. И есть, допустим, корпорат на средней управленческой должности, который решил делать себе гешефт, вывозя нелегально мусор, а разницу класть премией за экономию себе в карман. Все же так делают на острове, правильно, никого еще не ловили? Но. Если нелегальный вывоз мусора вскроется, репутация пострадает у всей корпорации — главное правильно подать информацию. Хоть руки-ноги управленцу с липкими руками оторви, хоть казни его изощренно и прилюдно, брызнувшие на лицо пятна испорченной репутации так просто корпорация не смоет. Особенно если умело брызгать — если это делает одноранговый конкурент или политик перед выборами. Так что, если есть покупатель или интересант, подобная информация может быть рычагом воздействия как на отдельного корпората, который тихо-мирно делает свой гешефт, так и на филиал корпорации здесь, либо же это большие деньги или оказанная услуга конкурентам корпорации. Следишь за мыслью?

— Так точно, босс. Я не идиот, босс.

— Отлично, рад за тебя. Что? — отреагировал я на его взгляд.