В этот же раз перемещались по этажам небоскреба мы с Николеттой словно ступеньками. Николетта раз за разом выполняла квест по получению пропуска и допуска, и с тридцать пятого этажа мы сначала проехали на сорок седьмой, после на сорок восьмой, потом на пятьдесят девятый и оттуда сразу на сто семнадцатый.

Несмотря на поздний час, небоскреб жил полной жизнью: обеспечивать почти весь третий мир продовольствием — дело непростое, и рабочий процесс не прерывался ни на минуту. Николетта посещала разные кабинеты, с кем-то разговаривала формально, с кем-то общалась по-дружески. Намекала, просила, требовала, уговаривала и даже однажды угрожала. Я все это время просто находился рядом, как оруженосец. Вернее, как личный помощник — именно так значилась моя должность в карточке сотрудника.

На сто семнадцатом этаже, уже почти в паре шагов от цели, мы сидели в видовом ресторане — закрытом для обычных посетителей, только для работников корпорации. Николетта ждала свою знакомую, Жанетт — с которой вместе жила в пансионе благородных девиц. Со слов девушки, она ей тогда очень помогла, и теперь Жанетт ей должна — а значит, должна нам помочь попасть на крышу. Как Николетта сказала, раз до нее добрались, получив разрешение на посещение сто семнадцатого этажа, вопрос практически решен, остались только технические моменты. Потому что работает Жанетт в департаменте эксплуатации, допуск в нужные нам места у нее есть.

— Ники! — раздался вдруг громкий крик из другого конца ресторана.

Обернувшись, я увидел, как к нашему столу спешит молодой человек в деловом костюме корпоративного кроя — без галстука, с воротником-стойкой, закрывающим горло, и более угловатыми, чем в классических костюмах, линиями пиджака.

— Ники, ты же говорила, религия запрещает тебе ходить по ресторанам⁉ — жизнерадостно произнес нежданный незнакомец, бесцеремонно присаживаясь рядом.

Сильное смущение передо мной. Неприязнь к неожиданному собеседнику — почувствовал я эмоции Николетты. Сильная неприязнь даже, мешающаяся с презрением.

Бесцеремонно приземлившийся корпорат окинул меня оценивающим взглядом. Я увидел краткий отблеск в импланте — видимо, информация о моем статусе появилась.

— Друг, два мохито нам принеси, — щелкнул пальцами в мою сторону незнакомец.

Заказ можно было сделать и через официанта, и через интерактивное меню, но мне определенно предлагали погулять, оставив незнакомца с Николеттой наедине. И, наверное, если бы не сильная, на грани омерзения, неприязнь Николетты, я бы даже сходил погулять безропотно.

Но, может быть, это было и оправданием перед самим собой. Очень не люблю такой тип людей — живущих по принципу курятника «клюй ближнего и гадь на нижнего». И, как правило, именно такие не упускают возможности самоутвердиться в собственной важности на всех, кто на социальной лестнице ниже. Конкретно сейчас на мне как на внештатном сотруднике — личном помощнике Николетты, так как на сто семнадцатом этаже определенно я случайный гость.