— Сначала к гостинице «Ноттингем», — распорядилась Элизабет, и прикрыла шторку, отделявшую нас от передней части салона.

— Что за самоуправство? Ты вообще свихнулась, сучка⁈ — строго спросил.

— А что тебе не нравится, мальчик? — она рассмеялась и положила ладонь чуть ниже моего живота. — Не хочешь выйти со мной у отеля? Не знаю, куда ты собрался, но можно снять номер в «Ноттингем», и там… — она покрутила бронзовый лимб, делая освещение в салоне совсем тусклым, — там ты мне покажешь что-нибудь из своей черной магии. Можно даже заглянуть в наш номер, но Теодор может вернуться в любой момент, — последнее сказанное я едва разобрал из-за скверного произношения англичанки.

— Нет. Во-первых, я спешу. А, во-вторых, с тебя хватит, — я почувствовал, как ее пальчики сноровисто растеривают мои джаны. Во мне шевельнулась мысль, что именно из-за нее, из-за этой сексапильной, ненасытной чеширской кошки я влип в крайне скверную ситуацию с Небесными и рассорился с Артемидой. Хотя нет — она здесь не при чем. Валить вину на кого-то — дурная привычка. Привычка, кстати, не Астерия, а Александра Петровича. Виноват я сам, и только я. И даже не виноват, просто вышло как вышло. Жизнь продолжается, и я буду дальше наслаждаться ее вкусом, даже если он будет мне иногда горьким.

— Алекс, я умею делать очень хорошие минеты. Разве ты это не понял? Ты, мой мальчик, испытаешь такое, что потом будешь меня умолять о встрече, — она справилась с застежкой и мой напряженный член уже ласкала ее ладонь.

Поначалу я хотел прекратить это приятнейшее безобразие, но передумал. Посмотрим, до чего дойдет увлечение миссис Барнс, которой явно не хватает члена Теодора. Или не Теодора? Как я понял, муж для нее давно перестал быть привлекательным.

— Наверняка, у тебя много молодых девочек, но они не могут дать тебе то, что могу я, — она наклонилась и лизнула головку моего члена.

— Я вижу, тебе очень понравилось, как я тебя дрыгнул? Да, Элиз? — я отклонился чуть назад, давая больше свободы ее бессовестным шалостям.

— Да, — она провела кончиком языка до основания, и подняла голову ко мне, глядя полными похоти глазами. — Ты настоящий демон. У меня внутри все до сих пор дрожит. Можно подумать тебе это не понравилось.

— Не отвлекайся, — я положил ладонь ей на затылок. — Представь, что мы уже в «Ноттингеме».

— Какой ты нехороший, — она начала посасывать, иногда пуская в ход зубки, и когда мне становилось не так приятно, как я того хотел, я тихонько дергал ее за волосы. — Ты в самом деле злой демон, — мне показалось, она сейчас замяукает прямо в мой член.