— М-да… — вздохнул я. — Может, в тайге было не так уж и плохо?

— Я тоже начинаю так считать, — улыбнулся Проф. — Но раз мы уже здесь, то нужно приспосабливаться к новым условиям. К следующим вопросам. Сколько людей живёт в городе?

— Не знаю, — пожал плечами Евгений.

— Не меньше двух десятков, я думаю, — сказал Павел. — Но может быть больше. Мы практически не видимся ни с кем — город мёртв.

— А питаетесь чем? — спросил я.

— Что-то находим, — пожал плечами бывший сержант. — Иногда удаётся найти что-нибудь в квартирах, которые получается тихо вскрыть. Женя вон вообще больше по мусоркам, потому что это быстрее и безопаснее. Крутимся, как можем.

— Черепахи прямо так наседают? — нахмурился Проф.

— Это не единственная беда, — покачал головой Евгений. — Из пригородов иногда заходят собаки, а порой забредают волки. Я думаю, черепахи лезут в город не только ради нас, но и ради них — им ведь без разницы, кого именно есть.

— Получается, город — это что-то вроде нейтральной зоны, где никто постоянно не живёт? — спросил Щека.

— Я бы не сказал, — не согласился Павел. — Они почти постоянно сюда заходят, а бродячие собаки пытаются занять территорию, но потом сталкиваются с черепахами.

— Волки — это лютоволки? — уточнил я.

— Как в «Игре престолов»? — недоуменно нахмурился он.

— Ну, в наших краях мы так называем здоровенных волков, — пояснил я. — Выглядят, как увеличенные волки, с густым и жёстким мехом.

— Нет, такие у нас не водятся, — сказал на это Евгений. — У нас волки обычного размера, поджарые и быстрые. Они сильнее собак, но собак больше, поэтому они берут числом.

— Наверное, адаптировались к степным условиям, — предположил Проф.

— Скорее всего, — согласился я с ним. — Ну, хорошо, что лютиков тут нет.

— Это мы просто не знаем, — покачал головой Евгений. — Возможно, что такие тоже водятся где-то недалеко, но мы таких ещё не встречали.

— А какие-то коммуникации между выжившими есть? — спросил Проф. — Или вы каждый сам за себя?

— Есть общий радиоканал, — ответил Павел. — Но на него уже давно никто не выходит. Может, нет уже никого. Да и зачем? Даже общими усилиями с черепахами ничего не поделаешь. А если и поделаешь, то собаки с нами быстро закончат. Мы просто выживаем, а не строим планы на будущее.

— А где ваши КДшники? — спросил Щека.

— Все ушли вместе с военными и остальными, — ответил Павел. — В те времена здесь было слишком опасно, поэтому все были склонны уехать подальше. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Почему-то они думали, что где-то лучше, чем здесь.

— Мы думали примерно так же, — усмехнулся я. — А теперь может оказаться, что в Москве было безопаснее.