— С этой стороны я этого не обдумывал… — признался Фазан. — Тогда надо думать далеко вперёд.

— А чем это будет принципиально отличаться от того, что предлагал Багор? — скептически прищурившись, спросила Лапша.

— А тем, что мы не будем никого гнуть, — ответил Проф. — Мы построим всё с нуля, а не украдём это у кого-то. Мы не будем надеяться на нахождение хранилища Росрезерва, не будем опираться на сомнительные личности и построим всё сами. А люди, которые присоединятся к нашему сообществу, помогут нам в этом. Добровольно. У нас уже всё получается — месяца не прошло, а к нам присоединились целых девятнадцать человек. Это пусть и небольшая, но уже община — теперь мы можем гораздо больше.

— И дальше, по мере присоединения новых людей, наши возможности будут только расти, — добавил Ронин.

— Вы это уже обсуждали, да? — предположил я.

— Да, обсуждали, — подтвердил Проф. — И это уже происходит, хотим мы того или нет — вокруг нас собираются люди. Сегодня происходит лишь констатация факта. Мы строим новое сообщество. Возражения у кого-нибудь имеются?

— Ну, всё к этому и так шло, — улыбнулся я. — Просто я не ожидал, что всё будет происходить настолько быстро.

— Я обеими руками за, — сказал Щека.

— Я тоже, — улыбнулась Фура. — Соскучилась по тем временам, когда мы просто возвращались в Новокузнецк с рейдов, и всё было неплохо.

— Не имею возражений, — кивнула Галя. — И это ведь хорошо — мы даём людям надежду.

— Я за любой кипеш, кроме голодовки и воздержания, — усмехнулся Фазан. — Мы, в любом случае, будем пахать, как проклятые, поэтому хорошо, что для этого появилось хоть какое-то идеологическое оправдание.

— Как сказал вождь — так и будет, — пожал плечами Нарк.

— Лапша? — спросил Проф.

— Я не против, — ответила она.

— Моё мнение вы знаете, — сказал Ронин.

— Раз возражений нет, нужно выбрать направление, в котором мы будем идти, — улыбнулся Проф. — Наша главная цель — создать островок нормальной, доапокалиптической, жизни, оградив его от окружающей нас дикой…

Он осёкся.

— Кажется, я придумал название для нашей организации, — улыбнулся он после недолгой паузы.

— Волгоградская братва? — усмехнулся Щека.

— Фронтир, — ответил Проф.

Повисла недоуменная пауза. Ну, я точно недоумевал. Слово знакомое, но значение его мне неизвестно.

«Фортнайт, фронтир, фронтина…» — подумал я.

— Что это значит? — спросил Щека.

— Фронтир — это нечёткая граница между дикостью и цивилизацией, — сообщил Проф. — Можно сказать, что мы сейчас живём в диких землях, в которых царят хаос и закон силы. И наша задача — создать и расширить цивилизованную территорию, где будут установлены порядок и закон. Силы у нас уже есть, а ресурсы мы найдём.