Мы едем не по дороге, а по самому её краю, потому что дорога забита машинами. Кто-то ехал из города, а кто-то в город — хаос и неразбериха.

Человеческих костей вокруг машин так много, что даже если бы дорога была свободна, мы бы быстро расстались с нашими шинами.

Кое-где машины растолкали бронетехникой, судя по мятым остовам, сваленным в кюветы, но, видимо, позже приехали другие машины, которые заняли освободившиеся места в этой вечной пробке…

Бронетехнику мы тоже видели — танк Т-72БВ был оставлен возле здания пивоварни. Щека сбегал к нему и посмотрел, что внутри — курсовой и зенитный пулемёты демонтировали, снаряды вытащили, а в баке полный ноль. Под правой гусеницей танка обнаружился смятый скелет медведя.

Уже сейчас, до въезда непосредственно в город, в принципе, понятно, как всё происходило.

Власти не смогли установить порядок, люди начали разъезжаться кто куда, надеясь непонятно на что — наверное, они подумали, что город стал ловушкой. Так-то оно так, но в тайге тоже несладко…

От выживших, приехавших и прилетевших в Новокузнецк, мы знаем, что город пал сравнительно быстро — продержался неделю или около того.

Военные быстро поняли, что тут уже нечего и некого защищать, поэтому погрузили часть гражданских в грузовики, сформировали колонны и поехали на запад. По дороге мы видели остатки таких колонн…

Автосалоны остались позади, а по левому борту начали проплывать здания промзоны.

— Вот тут сворачивай, — сказал Ронин, сверяющийся с картой. — Дальше прямо будет аэропорт.

Просто так в аэропорт, как оказалось, не попадёшь, потому что всё огорожено решёткой с колючей проволокой, поэтому нам пришлось объезжать всю территорию и добираться до терминала.

А у здания аэропорта растянулся автомобильный завал — сотни брошенных машин, кости, чемоданы и вещи.

— Пешком, — решил Проф. — Не проедем. Все на выход и строиться в боевой порядок.

— Ну, блин… — недовольно пробурчал Щека.

— А не рискованно оставлять машины? — спросила Лапша.

— Рискованно, — кивнул Проф. — Но ещё рискованнее разделяться.

— Да! — согласился Щека. — Ты что, никогда не смотрела фильмы ужасов? Всё самое хреновое происходит, когда люди разделяются!

Формируем боевой порядок и заходим на территорию аэропорта.

Первое, что бросается в глаза — абсолютно пустая взлётно-посадочная полоса. Ни самолёта, ни вертолёта.

Не то, чтобы нам сильно помог бы какой-нибудь Боинг 747, но было бы обнадёживающе увидеть реактивный самолёт.

— Все улетели, — произнёс Щека. — Походу, ничего тут не будет.

— Нужно осмотреться, — покачал головой Проф. — Может, ангары какие-нибудь, для частных самолётов…