— Давай, — разрешил я. — Неси блюдо и заходи сам — поедим и поговорим.

Дверь отворилась, и в карцер вошёл Бабак, несущий большое блюдо. Охранник сразу же запер за ним дверь, от греха…

На блюде располагается слегка подгоревший рис, поверх которого положили десяток палок кебаба, а также два поджаренных помидора, с чёрной кожурой.

— Ну, давай — пробуй, — потребовал я, когда евнух поставил блюдо на пол. — Вот этот помидор, вот этот кебаб, а также рис вот отсюда и отсюда.

Бабак, севший на пол, поочерёдно продегустировал указанные части блюда, и я внимательно уставился на него, ожидая эффекта.

Нарядному хую, я думаю, не с руки так мелочиться — он мог бы приказать охране обстрелять меня токсином из дробовиков. Но вот Сука — эта тупая пизда могла бы устроить мне подляну, отравив блюдо…

Но уже прошло несколько минут, а с евнухом ничего не происходит, поэтому я, мучимый острым приступом голода, накинулся на еду.

Это, конечно, не возместит понесённых мною трат килокалорий, но сгодится в качестве утешительного приза.

— Госпожу Мону прогневило твоё выживание, — поделился со мной Бабак.

— Меня это радует, — усмехнувшись, ответил я на это. — Надеюсь, что когда-нибудь у неё случится самоотравление кипящим говном.

— Сомневаюсь в этом, — сказал евнух. — У неё иммунитет ко всем известным ядам.

Не то, чтобы я не предполагал чего-то подобного — апекс, как правило, предполагает полный иммунитет от собственного яда.

Съедаю все кебабы и берусь за рис. Вопреки моим ожиданиям, пригоревшая часть оказалась вкусной, поэтому я умял всё очень быстро, увенчав всё это поджаренным помидором.

«Нет, персы точно шарят в еде…» — пришёл я к выводу. — «Кебабы лютые вообще…»

— Шахиншах желает узнать — не пересмотрел ли ты свои взгляды? — обратился ко мне Бабак.

— Меня всё устраивает, — ответил я.

— Я передам ему, — пообещал евнух.

— А как же комплимент от шефа? — спросил я с недоумением. — Десерт какой-нибудь, не знаю…

— К сожалению, в приказе шахиншаха были только кебаб и тахдиг, — покачав головой, сказал Бабак.

— Скажи ему, что если бы был комплимент от шефа, я бы мог и передумать… — попросил я.

Наверное, нужно потерпеть ещё пару неделек, а потом, так уж и быть, «сдаваться». Надеюсь, Лапша простит мне вынужденную ёблю с двумя десятками баб…

«А я бы простил ей такое?» — задался вопросом. — «Ну, если бы это было реально вынужденной мерой… Хотя нет, вряд ли. Вот и она, наверное, не простит. Значит, буду держаться до последнего».

— Я передам ему твои слова, — сказал евнух и поднял с пола опустевшее блюдо. — Не хватает вилки…