* * *

Надо сказать, маленький пациент доставил мне немало хлопот. Поскольку зелья в моем доме закончились, мне пришлось бежать в ближайшую лавку (хорошо, что уже утро, и они открылись), тратить деньги на дорогостоящие лекарства. Потом возиться с чужими ранами, переломанными лапами, покусанными ушами и чуть не отгрызенным хвостом… но оно того стоило. Наверное. Потому что ближе к полуночи строптивый кот сумел открыть глаза. А спустя всего несколько минут и на ноги попытался подняться.

Правда, к этому моменту я была готова и учла свои прежние ошибки, поэтому очнулся кот не на полу и не в моей постели, а в большой высокой коробке, откуда при всем желании не смог бы выбраться.

Когда он завозился внутри и раздраженно зашипел, я подошла и осторожно заглянула внутрь.

— Пришел в себя? Есть будешь?

Кот запрокинул голову и уставился на меня уже знакомым неподвижным взором.

— Я молока тебе принесла, — на всякий случай сказала я. — И немного свежего мяса. Тебе нужны силы на восстановление. При хорошем раскладе раны заживут уже завтра, а вот кости придется сращивать не меньше недели.

— Ш-ш-ш! — сердито шикнул кот, выразительно царапнув когтями стенку коробки.

— Прости. Ты слишком агрессивный. И я еще не до конца уверена, что ты меня не укусишь. Поэтому пока тебе придется посидеть здесь.

Кот озадаченно умолк, а я присела на стоящий рядом диван и изучающе его оглядела.

Само собой, за этот день у меня было достаточно времени, чтобы хорошенько подумать, поэтому зелий в лавке я прикупила не только лечебных, но еще и диагностических. Однако кот, несмотря на травмы и серьезное истощение, оказался более или менее здоров. Не болел ни одной из известных мне заразных болезней. Демоническая сущность (уж это я проверила в первую очередь) в нем тоже не сидела. И только в отношении безумия у меня пока не было уверенности, потому что, во-первых, я все-таки не целитель, а во-вторых, диагностировать его на ранних стадиях маги пока не умели. На позднюю же кот совершенно не тянул, поэтому, признаться, я до сих пор пребывала в некоторой растерянности.

— Ш-ш-ш? — тихо прошипел кот, причем с явной вопросительной интонацией.

— Хочешь знать, сколько я собираюсь тебя здесь держать? — догадалась я. — Не знаю. Но думаю, скоро мы это выясним.

— Мяу-ур! — снова протянул он.

И в этот момент в дверь деликатно постучали.

— Алания, дорогая! — поприветствовала меня стоящая на пороге женщина лет шестидесяти с небольшим. Невысокая, пухленькая, седовласая, вечно растрепанная и закутанная в какие-то старые тряпки… При виде меня мадам Левия широко улыбнулась и с интересом глянула мне за спину. — Я смотрю, ты наконец-то решила затеять ремонт?