— Иэль… — задумчиво обронила я, когда развязала завязки и с замиранием сердца увидела внутри характерный золотой блеск.

— Да, госпожа? — с готовностью уставилась на меня помощница.

— Сейчас уже поздно, но завтра утром не могла бы ты вернуться в лавку и повесить объявление о том, что мы откроемся через неделю?

Она радостно вскинулась.

— Что? Правда откроемся⁈

— Да. У меня теперь достаточно средств, чтобы начать все по новой.

— Конечно, госпожа! Обязательно! Мне совсем нетрудно! А что сказать покупателям? Что мы закрыты, потому что у нас скупили весь товар? Может, намекнуть, что мы наконец-то расширяем свой ассортимент?

Я неожиданно задумалась, а потом обернулась и, увидев заинтересованно выглядывающего из прихожей наполовину обросшего кота, не удержалась от затаенной улыбки.

— Скажи, что скоро у нас будет новый ассортимент. И что, помимо прежней линейки, мы собираемся вводить в продажу средства, которые будут интересны не только женщинам, но и мужчинам.

— Ух ты! — подпрыгнула от радости девушка. — Так это же отлично! Просто замечательно… Давайте я прямо сейчас сбегаю⁈

Признаться, я с немалым трудом ее отговорила, тем более что на улице и впрямь уже темнело. Не след молоденькой девочке носиться туда-сюда, если даже в центре города бывало неспокойно.

В результате я все-таки настояла, чтобы эта торопыжка обождала до утра. Потом мы еще немного поговорили, посмеялись, и окрыленная новостями Иэль умчалась, оставив меня задумчиво смотреть ей вслед и гадать, что бы все это значило.

Нет, у меня, конечно, имелся на примете один подходящий кандидат в неведомые благотворители, который мог бы все это устроить и заодно щедро оплатить мои долги. Но, пожалуй, я спрошу об этом мастера Дэврэ позже. После того, как все успокоится и мы сможем увидеться без проблем. Ну а пока…

— Идем, мой хороший, — с улыбкой наклонилась я, подбирая с пола старательно трущегося о мои ноги кота. — Время ужина. Да и Тэ скоро придет.

— Мяу! — встрепенулся тот, услышав волшебное слово «ужин».

— Вот ведь ты обжора, — рассмеялась я и, закрыв под довольное мурлыканье дверь, ушла в дом, все еще чему-то улыбаясь.

Как это ни странно было сознавать, однако именно кот внес в мое размеренное существование сначала суету, а потом непривычное для меня ощущение полноты жизни.

И пусть сейчас это уже совсем не тот кот, что раньше, все равно — я была бесконечно благодарна за то, что он у меня есть. Что он тут, со мной, что каждый день беспечно будит меня по утрам и умело убаюкивает своим мурлыканьем вечером. Порой шумит. Играет. То и дело носится по дому, опрокидывая на пол напольные вазы. А также рвет бумагу, царапает стены и упрямо, хоть я и сердилась на него за это, сигает со шкафов, да еще и лазает по занавескам.