Он на меня внимания не обратил. Судя по всему, еда его совершенно не интересовала. Как и царящая за окном ночь, оставшиеся где-то там соглядатаи и прочие несущественные вещи, которые можно было на время отложить.
А вот лечебное зелье я его все-таки заставила выпить.
Он, правда, поначалу отмахивался. Вернее, напрочь проигнорировал мое напоминание и даже не посмотрел на протянутую пиалу с зельем. Как выяснилось, составленный мастером Дэврэ список затмил для него собой весь белый свет, вместе с благоразумием заодно. И ничего другое его уже не трогало.
Казалось бы, ну что такого — буквально на минуточку оторваться, сделать пару глотков и потом снова уткнуться в бумаги?
Однако кот, словно одержимый, все читал и читал, с жадностью поглощая строчку за строчкой. На вопросы не отвечал. На имя не отзывался и вообще ни на что не реагировал.
Наконец я устала ждать и, подойдя, просто вытащила у него из-под носа исписанный убористым почерком учителя лист.
— Ур-р-р! — моментально вскинулся кот, уставившись на меня сердитыми глазищами.
— Надо принять лекарство, — спокойно напомнила я. — Вечернюю дозу ты уже выпил, а вот утреннюю, скорее всего, пропустишь, поэтому лучше принять ее сейчас.
— Ур-р! — снова утробно проворчал он, медленно приподнимаясь с пола и ощетиниваясь так, словно перед ним стояла не я, а какой-то враг.
— Арчи…
— Ур! — рявкнул он, и его глаза вспыхнули недобрыми желтыми огнями.
После чего я тяжело вздохнула и совершенно спокойно предупредила:
— Если не выпьешь, я посажу тебя в коробку. И до утра ты оттуда не выберешься.
— Мяк⁈ — забавно опешил он.
Мол, чего⁈
Но я лишь с невозмутимым видом кивнула.
— Давай договоримся: пока ты находишься в моем доме, я отвечаю за твое здоровье. И раз уж так вышло, что тебе требуется определенная помощь, то давай ты не будешь ее отвергать. Многого я от тебя не прошу — просто принимай, пожалуйста, лекарства вовремя. Я очень хочу, чтобы ты снова начал ходить. Мне тоже не нравится, что в каких-то вещах ты совершенно беспомощен. Но если ты нарушишь мои предписания, процесс затянется надолго и я уже ничего не смогу с этим поделать.
Арчи прижал уши к голове, после чего совершенно правильно покосился в сторону стоящего в углу лотка, в котором, кстати, надо будет поменять песок, и тихо буркнул:
— Ур.
Типа ладно, уговорила.
— Спасибо, — совершенно серьезно сказала я, снова протягивая ему пиалу.
Тот добросовестно ее вылакал, после чего я молча вернула на место интересующий его лист. Убедилась, что он заметил стоящую рядом тарелку со свежим мясом и чашку с водой. И только после этого вышла, успев напоследок услышать несколько неловкое: