Вопросов у меня и раньше было много, но теперь их стало еще больше, и все они требовали ответов. Я же был полон решимости найти их, чего бы мне это ни стоило.

А пока нужно было догнать своих. Они наверняка волновались, а может уже считали меня мертвым. Усмехнувшись при этой мысли, я в последний раз окинул взглядом поле битвы и двинулся в путь. Впереди ждала Изнанка, и теперь у меня было немного больше шансов выжить в этом проклятом месте.

В моей руке позвякивали кошельки — около пятидесяти тысяч фунтов. «Стервятники» успели хорошо поживиться за счет путников из моей страны. Что ж, им эти деньги больше не понадобятся.

Я перешел на бег, направляясь к условленному месту встречи. Мои движения стали другими… Более плавными, хищными, даже какими-то грациозными. Тело слушалось идеально, каждый мускул работал с невероятной эффективностью. Ни намека на усталость, и никакого дискомфорта от холода. Нет, я, конечно, чувствовал мороз, но теперь мог по своему желанию отключить это ощущение, отодвинуть его как бы на задний план.

Лес вокруг открывался мне по-новому. Каждый звук, каждый запах нес в себе бездну информации. Я слышал, как белка в сотне метров от меня грызет орех, как ветер играет в кронах деревьев, как снег мягко падает на землю.

Вскоре я уловил знакомые запахи. Остановился, принюхиваясь. Все живы — это главное. Мои новые чувства поражали: обоняние и зрение стали невероятно острыми. Я мог даже на таком расстоянии различить индивидуальный запах каждого члена группы.

Осторожно скользнув сквозь густой подлесок, я замер на краю небольшой поляны. Они расположились под огромной елью, где снега было поменьше. Рурик стоял на страже, его алебарда поблескивала в тусклом свете. Цапля сидел на поваленном дереве, нервно вертя в руках нож. Лилия… От нее исходил особый запах, который теперь я мог четко различить. Неудивительно, что оборотни нас выследили. У девушки были… Вот же черт — так вот почему она в последнее время такая нервная!

Велькнут и его люди держались чуть в стороне. По их позам и напряженным лицам я понял — они готовы были уйти в любой момент. Видимо, только присутствие моих людей, особенно Рурика с его внушительным оружием, удерживало их от бегства.

— Это я! — крикнул я погромче, нисколько не опасаясь привлечь внимание тварей.

Все вскочили, хватаясь за оружие. А потом я увидел, как их лица озаряются счастливым облегчением. Рурик, Цапля и Лилия бросились ко мне, забыв об осторожности. Они обнимали меня по очереди, не скрывая радости.

— Вы… Вы… живы! — Лилия разрыдалась, уткнувшись мне в плечо. Теперь я чувствовал соль ее слез, слышал, как колотится ее сердце. — Я так переживала. Я… Простите меня…