— Не могу сказать, — заявила Зойка твёрдо. — Нельзя. Это только для посвящённых.

— Во что посвящённых?

— В знания, — пропело за моей спиной сопрано, и я невольно вздрогнула. А тётя Фиса наклонилась к моему уху и добила: — В знания Верховных, Ульяна. Ты прекрасно знаешь, что такое Пламя. Это коллективная память всех Верховных. Тюрьму создали Верховные, и они же её охраняли. И прятали. Верховные. Понимаешь?

Ещё бы. Я беспомощно посмотрела на невозмутимую тётю Фису, на напряженную Зойку и выпалила:

— Это шантаж!

— Почему? — деланно удивилась Верховная.

— Я сто раз говорила, что мне Пламя не нужно! Не возьму!

— И не заставляю, — хмыкнула тётя Фиса. — Но о больших знаниях тогда и не мечтай. И не выпытывай. Никто тебе ничего не скажет. Намнельзя .

— Это подло! Я…

— Ты — ведьма Круга, — Верховная выпрямилась и сурово посмотрела на меня сверху вниз. — И ты будешь делать то, что тебе велено. Выполняйсвои прямые обязанности и наблюдай засвоей нечистью, следи за видениями и помогай девочке. И никаких авантюр, поняла? Никакой самодеятельности. Запрещаю. Заметишь подозрительное — доложишь и в сторону. Ясно?

— А кто-то говорил, что мои видения — блажь и глупости!.. — съязвила я зло. — Что на них не нужно обращать внимания!..

Тётя Фиса вышла из-за скамейки и поправила ворот чёрного пальто.

— К сожалению, ты, моя дорогая, существо однозадачное. С одним делом справляешься, но с двумя — уже нет. Скажи я, что видения важны, ты бы металась между архивами и нечистью. И ничего бы не узнала, и никого бы не предупредила. Попытаешься усидеть на двух стульях — сядешь в лужу. И я временно исключила возможное препятствие перед основным делом.

Я вспыхнула. Внутри неприятно заклокотала обида.

— Если я такая никудышная, то что делаю в Кругу? — и опять левая рука чешется, чтоб её… — Если такая однозадачная — к сожалению! — то зачем ты раз за разом пихаешь мне Пламя?

Тётя Фиса, конечно, заметила, что я спрятала левую руку за спину, и мудро решила не развивать тему.

— Однажды поймёшь, — ответила она просто и повернулась к Зое: — Идём. Перерыв закончится через полчаса, а нам ещё нужно кое-что обсудить.

Вот, леший…

— Ульяна, у тебя полчаса. Унимай свои нервы и возвращайся в зал. Мы ждём гостя, и тебе на его выступлении присутствовать обязательно, — загадочный взгляд из-под опущенных ресниц, и тётя Фиса величаво поцокала каблуками к гостинице. Длинные полы расстёгнутого пальто взвились чёрными крыльями.

Зойка глянула виновато, переложила моё пальто на скамейку и посеменила за Верховной. А я смотрела им вслед, кипя от злости, и ощущала… подставу. Чует моя чуйка… а она неплохо чует. Только поздно. Когда мышеловка срабатывает, прищемляя хвост. Больно. Тётя Фиса не в первый раз использует меня… по назначению, а я всё не могу привыкнуть к тому, как это неприятно. Так. Надо… подышать. Ох, верно Арчибальд заметил, что совестливых людей всегда имеют бессовестные…