— Ошиблись вы, ребят, — совершенно спокойно смотря в глаза Третьему, я улыбнулся. — Не стоило на меня флагаться. Теперь вы мои трофеи.
Глава 10
Жизнь пятая. Глубоко копать?
Что есть игрок в мире Континента, как боевая единица? Вопрос на миллион споранов, не меньше. Это может быть и люмпен, достигший человеческого дна, с единственными желаниями удовлетворить свои базовые инстинкты. Такие как: вкусно поесть и попить, сладко поспать и потрахаться вволю. Ну и до кучи ширануться чем-нибудь убойным. Вот какой из этого дна, воин? А есть и другая сторона, другой конец спектра, так сказать. Люди, изначально заточенные на убийство других людей. Их много и не всегда их профессия — это что-то криминальное. Это и спецподразделения армии, флота и внутренних войск, а также частные охранные фирмы. Да и просто самоучек по миру хватает. Континент отбирает память о прошлой жизни, это да. Но это всего лишь информация, запись в коре головного мозга. Континент не лишает людей главного — синоптических цепей, образованных в голове из-за долгого и продуктивного повторения какого-либо действия. Вот именно поэтому человек, умеющий стрелять и попадать в цель в обычном мире, будет уметь это и в мире Континента, полностью лишившись знаний о том, как и где, проходила эта его учеба. И это касалось всего. Ты просто интуитивно понимал, куда и как надо бить, чтобы это привело к тем событиям, которые ты запланировал.
И вот эти самые люди, псы войны, попадая на Континент и получая от него подарки в виде боевых умений, встраивают их в имеющиеся у них цепочки умений по умерщвлению себе подобных. И в конечном итоге превращаются в настоящих киборгов, несущих смерть всему живому. Я только встал на этот путь, но сворачивать с него не собираюсь. Когда отряд увидел мои способности к стрельбе, у меня настойчиво поинтересовались цифрой моего фактического уровня характеристики Меткость. Услышав ответ, посоветовали попробовать побросать острые предметы в мишень. Совету я внял и даже потратил на него какое-то время. После чего у меня в инвентаре появились некоторые холодные игрушки.
В тот момент, когда я встал и спровоцировал людей Третьего на агрессию, из-за ширмы в меня влетело три разноцветных сгустка энергии. Это в игру включилась троица невидимого боя. Все три потока энергии стекли по моей ментальной броне, не причинив никакого ущерба. А вот я потратил эту секунду с гораздо большей пользой, чем они.
Вращательное движение кистью и в ней появляется метательный дротик. Хороший дротик, сам выбирал. Прорезиненная рукоять, лезвие в виде удлиненного ромба, и вес всего сто семьдесят три грамма. С силой за двести единиц, этот короткий, но очень острый предмет сорвался с моей руки со скоростью стрелы, выпущенной из арбалета. И вошел на всю длину в правую глазницу Урсина. Новый взмах кистью, на этот раз сразу двумя, и двое его охранников валяться на пол, с аналогичными поврежденьями. В тот момент, когда я начал метать дротики, одновременно стал смещаться в сторону, уходя с линии возможного огня. Но это не пригодилось. Третий охранник, окутавшись каким-то защитным умением, вскинул, было, автомат, только вот выстрелить ему не дала Чебурашка. Её мощная закованная в биологическую броню лапища ударила по защитному куполу, отвлекая охранника на себя. И за то время пока он поворачивался к ней, кваз успела еще три раза ударить по защите. Четвертым же ударом она смяла череп бойца как картон, расплескав содержимое вокруг.