Один взгляд. Один взгляд, небрежно брошенный в нашу сторону — за миг до удара я встретился с его пренебрежительным, равнодушным взором и ощутил, насколько он презирает нас и насколько он, на самом деле, сильнее нас…

А потом начавшийся катаклизм, охвативший площадь более ста квадратных километров на море, оставил от нашего флота меньше четверти судов. Сам я, на пару с Громояром, тоже попал под раздачу — каждому сильному магу в этой атаке была предназначен свой удар. Мы со змеем с трудом, но пережили его — но очень многие из наших соратников этого не перенесли.

Один взгляд и сотворенное за мгновение заклятие… А затем случилась его битва с объединенными силами наших Великих. Битва, после которой от сапога-архипелага осталось дай бог сорок процентов…

Я встряхнул головой, прогоняя воспоминания и возвращаясь к реальности. А в ней, в этой реальности, я стоял на носовой части Змея и глядел вниз, на заполнивший всё пространство, насколько хватало моего взора, армаду шведского морского флота.

Враги плыли, выстроившись в боевые порядки. Скоро, охватив нас и с флангов, они сблизятся на расстояние пушечных залпов и ударов боевой магии, и тогда нам будет совсем туго.

Это понимал я. Это понимал Осип Макаров, капитан одного из линкоров, Архимаг гидромантии и поборник нововведений на флоте. Он яростно желал переоборудования более современными боевыми системами наших морских крейсеров и эсминцев, развития подводного флота и много чего такого, чего я не особо понимал.

Понимал бедственность ситуации и мрачный, Василий Романов. И четверо других Романовых — капитанов крейсеров и магов уровня Старшего Магистра.

Нужно было бросать порт и остров и уводить флот, избегать боя и отступать в Кёнигсберг, где базировалась вторая часть нашего балтийского флота. Мощная крепость, сильный гарнизон и дополнительный Маг Заклятий, управляющий городом и областью вокруг него. Как не посмотри, это самый лучший и логичный вариант…

Но Зиновий Петрович Рождественский считал иначе. Сааремаа, остров на балтике у берегов Эстляндии, относительно крепкий форт и военная гавань, с трудом вмещающая нашу эскадру, по мнению адмирала был достаточным преимуществом, чтобы сравнять шансы с флотилией врага.

Большая часть флота шведов шла под такой маскировкой, что их реальное количество стало понятно только вчера к вечеру. Однако даже то, что было видно, внушало уважение… В общем, Рождественский решил отсидеться здесь, и теперь мы в жопе.

Он побоялся, что нас могут настигнуть на марше во время отступления в сторону Кёнигсберга — так он обосновал на вчерашнем военном совете своё решение. И поколебать его не удалось никому — ни Главе Великого Рода, то бишь мне, ни десятку представителей Императорского Рода. Чего уж об остальных говорить…