— И именно поэтому мой народ едва не исчез с лица планеты тогда, пять веков назад, — холодно ответил названный Сидри гигант. — Это многому нас научило, Ян. Теперь мы стараемся знать всё — и о друзьях, и тем более о врагах.

— Что ж, как скажешь, — хмыкнул Ян. — Но…

Что хотел сказать швед так и осталось неизвестным, ибо в этот момент русская армия, наконец, пришла в движение.

Рядовым солдатам шведской армии этого было ещё не видно, ибо вражеский лагерь, тянущийся вдоль всей линии горизонта на несколько десятков километров, находился в добром десятке миль. Однако эта троица, спокойно сидящая в одном из бесчисленных небольших шатров, в которых обитали офицеры младшие и средние офицеры — от лейтенантов до капитанов — рядовыми не являлись, с какой стороны не погляди на этот вопрос.

Никому из них не требовалось находиться на открытой местности, чтобы ясно видеть все, что происходит на той стороне разделяющего две армии поля. А там сейчас действительно было на что поглядеть…

Воздушная эскадра русских, прикрывающая пешее войско, была достаточно внушительна. До полноценной флотилии она, пожалуй, всё же не дотягивала, но лишь совсем немного… А может, и дотягивала — строго говоря, разница между огромной эскадрой и небольшой флотилией была слишком условна.

Три линкора, восемнадцать крейсеров различных категорий, от относительно легких и маневренных как для своего класса до закованных в листы броневой стали не хуже какого-нибудь европейского рыцаря — в латный доспех. Сорок один эсминец, тоже различных классов, более сотни корветов и фрегатов плюс москитный флот, который и вовсе никто не пытался считать — небольшие воздушные катера и яхточки и прочие малотоннажные суда, главным достоинством которых были скорость и маневренность…

По меркам Российской Империи — очень большая эскадра, не более. Для той же Швеции — большой воздушный флот, примерно сорок процентов от всех воздушных боевых судов.

Собственное воздушное прикрытие шведов было куда скромнее — один линкор, семь крейсеров, шестнадцать эсминцев и чуть более полусотни фрегатов и корветов. Москитный флот северян тоже заметно уступал русским — на глаз раза эдак в полтора.

Стоящий на берегу пролива город-крепость Выборг раскинулся таким образом, что осаждать его было максимально неудобно любому войску.

Прямо в середине пролива, на крупном острове, стоял крупный замок-форт, блокируя любую возможность подступить к городу напрямую, пешком. Полностью взять в кольцо крепость тоже не представлялось возможным — основная часть Выборга раскинулась на той стороне пролива, что была ближе к Петрограду. И для того, чтобы осадить его, войску Швеции пришлось сделать изрядный круг, обойдя немалые объемы воды, дабы разбить осадный лагерь напротив высоких, крепких зачарованных стен.