А ведь тот проклятый старик не обязан был умирать. Мог просто промолчать, опустить глаза и остался бы жить. Не имеющие таких жестких ограничений по сроку жизни, чародеи его прежнего мира жили дольше местных. Старший Магистр вполне мог бы дотянуть лет до ста сорока, а то и ста пятидесяти, напавший же на него маг был не старше семидесяти. И в том бою у него не было цели перебить всех — война за Возвышение, или война Тёмной Звезды, как её ещё именовали, была в самом разгаре, и уже было очевидно, что ни одной из сторон быстрая победа не светит. Старший Магистр вполне мог выжить и пойти на службу сторонникам Темного — умелому магу хватало работы не только на фронте, но и в тылу. Артефакты, зелья, зачарованное вооружение и боевые суда — всё это требовало для своего изготовления множество искусных рук…
Но тот проклятый старик даже не колебался. Ни на единое мгновение он не усомнился в собственном решении — и потому его Касание Света едва не отправило его, Ивара, к праотцам…
Даже посмеяться над ним напоследок, разрушив его надежды на месть, итого не вышло — проклятый чародей погиб раньше, чем действие его магии закончилось. Ушёл из жизни до того, как определился победитель в их схватке, даже больше того, в момент, когда Касание почти пробило его защиту — ушёл, уверенный, что месть свершилась. Ушёл победителем — пусть потом Ивар этого никогда не признавал, но в глубине души он знал правду. Старший Магистр, заставивший всерьёз бороться за жизнь Великого Мага, да ещё и отправившийся в мир иной уверенным в том, что месть свершилась… Ивар ненавидел его, ненавидел куда больше, чем того, кто в итоге действительно оборвал его жизнь — ибо в бою с Бахрутом Силосским он дрался с врагом, превосходящим его в силе, и не испытывал страха. А вот тот безвестный старик испугать его вполне сумел… И, как ни странно, именно поэтому он его навсегда запомнил. Запомнил, и несмотря на всю ненависть — уважал.
В той войне таких чародеев с обеих сторон было более чем достаточно. Слабаки, не обладающие силой духа, но вынужденные сражаться, ибо развернувшийся конфликт не оставил шанса отсидеться в стороне никому, быстро сгорели в горниле войны — хотя по логике всех войн, именно трусы выживают чаще всего…
Однако там, в войне на полное истребление, чудовищная бойня сожгла весь шлак, выкристаллизовав истинные алмазы…
Но не вышло. И вот он здесь, вынужден копошиться в грязи, успокаивать себя мыслями о том, что здесь хотя бы у него был нормальный, любящий отец и возможность даровать своей родине то величие, которое она, о странная насмешка судьбы, была лишена в обоих мирах по одной и той же причине — из-за треклятой Российской Империи.