Взглянув повнимательнее на своего лучшего друга, я невольно покачал головой. Осунувшийся, бледный, с мешками под глазами и тусклым взглядом, он меня уже порядком пугал. Уже никакая магия и зелья не могли скрыть то, насколько загонял себя глава СБ Николаевых-Шуйских, и сегодня утром Ярослава прямо потребовала от меня сделать так, что бы Пётр взял себе хотя бы несколько дней отдыха. Когда эта пышущая жаром в буквальном смысле слова разгневанная фурия ворвалась в мои покои и, невзирая на стыдливо прикрывшуюся одеялом Хельгу, принялась мне выговаривать за то, что Смолов по моей милости вот-вот надорвется, я даже возразить ничего толком ей не смог. Всё, на что меня хватало, это изредка успевать вставить «да», «конечно же», «обязательно» и прочие звуки полной солидарности с её мнением, а так же гасить магией вспышки пламени, которые грозили спалить напрочь мои покои.
На мой робкий вопрос под конец её тирады, когда изо рта женщины перестали вырываться метровой длины языки пламени, почему она сама с ним об этом не поговорит, мне в весьма нецензурной манере было сказано, что некоторые бараны слишком сильно перенимают худшие черты своего начальства. Мои, то бишь, худшие черты, как-то — упрямство и неумение слушать тех, кто о них искренне заботиться. Думаю, будь на месте моей боевитой родственницы дама моего с Хельгой поколения, за этим ответом могли бы последовать слёзы и жалобы на «бесчуственного мужлана», но Ярослава была истинной Шуйской — там, где другие опускают руки и впадают в меланхолию, моя родственница лишь впадала в гнев, что позволял ей добиваться своего не мытьем, так катанием. Самая настоящая стихия Огня в человеческом обличии… И как только Смолов заставил эту сумасшедшую покориться⁈
— Вот что бы тебя мой отдохнувший вид из себя не выводил, возьми-ка ты дня три отдыха, — велел я. — Отоспись, отъешься, восстанови силы, позанимайся с элементалем своим…
— Ярослава жаловалась⁈ — подозрительно прищурился он. — Не слушай её, Аристарх, я в полном порядке! А ей я сегодня же…
— Ты не порядке, — твердо возразил ему я. — Ты от «в порядке» дальше, чем Николаевск от Петрограда! Мне не нужно даже диагностирующих чар накладывать, что бы увидеть подступающую острую алхимическую интоксикацию вкупе с психическим истощением! И это лишь то, что видно невооруженным взглядом. Я понимаю, тебе не терпится развернуться во всю ширину новых возможностей, но без отдыха не обойтись! Ты пять последних дней вообще перестал хотя бы по часу отдыхать. А в таком состоянии ты неизбежно начнешь совершать ошибки — и если здоровье мы тебе в любом случае поправим, если придется даже магией крови, то вот исправить допущенные по запарке оплошности в работе, учитывая, за что именно в Роду ты отвечаешь, будет намного сложнее. Уверен, среди новеньких у тебя уже есть те, кому можно делегировать свою работу на ближайшие дни. Если так уж хочешь держать руку на пульсе событий — принимай по вечерам их доклады в течении одного-двух часов, но не более. А так — дня четыре, а лучше пять ты должен есть, спать, медитировать и трахаться.