Шанс спасти его жизнь ещё был, но тут из толпы ударили огненным шаром — прямо в лицо молодому ещё парню, окончательно лишив его жизни. В толпе оказалось немало магов-ремесленников. А любой чародей, какую бы мирную профессию не избрал, знал хотя бы несколько боевых и защитных заклинаний — боевая подготовка имеется даже в тех заведениях, где готовят мирных специалистов. Ведь в случае мобилизации их призывают в первую очередь…

После этого товарищи убитого отреагировали вполне предсказуемым образом. Проламывая многочисленные, но неумело созданные защитные чары, ударили десятки молний, огненных стрел, ледяных и каменных копий, воздушных лезвий и водяных плетей.

Защитные заклятия магов-гражданских, естественно, смело в первые же секунды. А дальше толпа северян, не знавших войны уже много веков и, видимо, забывших, что бывает с населением во время штурма, на своей шкуре ощутили последствия своих поступков.

В толпе были и старики, и молодые ребята-подростки, и женщины… Вот только солдату в бою, когда он начинает звереть от происходящего, на такое плевать. Сотня гвардейцев в цветах Нарышкиных прошла сквозь толпу, перебив большую её часть в первые же пять-шесть секунд. И даже по тем, кто догадался начать удирать, били в спину боевой магией…

Не могу их осуждать за сделанное — когда ты проявляешь неслыханную по нашим временам доброту к вражеским гражданским, а они в ответ на твоих глазах убивают вашего товарища, пытающегося объяснить им, что нужно прятаться и они их не тронут… Тут любой из себя выйдет.

Моё дело — успешный штурм. Тем гражданским, которым хватает ума спрятаться и не отсвечивать, смерть от рук наших гвардейцев не грозит. Остальные… Чтож, шведы в Прибалтике целые города вырезали, если там в основном русское население жило. И немало лесных опушек в Прибалтике теперь имели на каждом дереве по жуткому украшению в виде повешенных мужчин, женщин и даже детей. Так что плакать по мирным жителям Стокгольма я не собираюсь.

— Бойцы! — разнесся мой голос на многие километры. — Хорош, мать вашу, сисиьки мять! Всех гражданских, что мешаются под ногами — перебить! Нет времени нянчится!

После моего приказа понадобилось буквально десять минут, чтобы до людей дошло — сюсюкаться с ними никто не будет. Да, пришлось пролить немало крови… Но мне плевать.

Последними высаживались пилотируемые големы и богатыри. Но через двадцать пять минут после начала высадки весь восьмидесяти тысячный пехотный контингент наконец оказался в городе. Помимо именно пехоты тут ещё были все абордажные команды флота — схваток на палубах чужих или своих кораблей всё равно не предвиделось.