Все бойцы моей гвардии, которых я взял с собой из Александровска, ещё до выступления в поход вне очереди получали новые зелья и обретали несколько Молний. А с Зеленой Молнией, работающей в паре с собственной регенерацией усиленных людей, с солидным запасом праны и качественной целительной алхимией под рукой умереть оказалось очень сложно.
Поэтому этот небольшой пир состоялся при первом же удобном случае — нам было, что обмывать. Сюда ускоренно двигалась дополнительная эскадра — ещё до переноса в Стокгольм, когда мы только разгрузили все имущество, была послана весть на Родовые Земли с просьбой прислать ещё корабли. Либо забрать всё выгруженное и забрать оставленных на окраине бойцов, коли сложим головы или не сможем сразу вернуться, либо просто усилить наш флот в случае успеха. И хоть вся операция заняла у нас около пяти часов, а весть была послана лишь восемь часов назад, по словам Федора сборная эскадра, в которую на ходу вливались суда, уже три часа как летела к нам. Правда, им добираться ещё не один день, но тут уж ничего не попишешь…
Сейчас войска отдыхали. Без пиров, разумеется, да и сил у них на пиры не было, чай, не высшие маги, да и физически им пришлось сегодня поработать на порядок больше, чем нам…
— Всегда бы так воевать, — сказала красивая молодая девушка с хищным лицом. — С госпожой Кристиной мы такие дела сможем проворачивать! Грабить и разрушать крупные города врагов, появляться у Родовых гнезд их аристократов, выжигая там всё начисто, уничтожать их верфи и военные производства…
Пришедшая ко мне сорокасемилетней, потрепанной жизнью и службой отставницей-Адептом Имперской Стражи, она прошла со мной все мои битвы — от войны с нолдийцами до этой кампании. С сердцем Сибирского Дракона седьмого ранга, силой на пике шестого ранга и готовая в любой момент начать переход на седьмой, из безвестной, обреченной доживать свой век наемницей или охотницей в тайге, она превратилась в знатную даму, одну из пусть и младших, но Старейшин Великого Рода, завидной невестой для большинства мелких и средней руки аристократов. Да к тому же далеко не бесприданницей — без добычи мы ещё никогда не оставались, а долю своим соратникам я всегда выделял щедрую.
Аня Нестерова поднялась со своего места и, подняв бокал, предложила тост:
— Друзья, предлагаю поднять бокалы на за нашего великого Главу — Аристарха Николаевича Николаева-Шуйского! За человека, давшего нам свою фамилию, сделавшего нас частью своей семьи, человека, который сделал из нас, кучки неудачников, высших магов! Тому, кто, вживляя нам сердца тварей, сделал нас в разы живучей, намного сильнее и подарившему возможность жить лет на триста-четыреста дольше, чем отпущено таким как мы… А также за госпожу Кристину, что совершила настоящее чудо своей магией Телепортации и без которой сегодняшняя победа была бы невозможна — госпожу Кристину Николаеву-Шуйскую!