Возможно, ведущий всадников Архимаг, явно давно не бывавший в настоящих, масштабных сражениях, думал что он побеждает грязных дикарей. Что вот-вот и он прорежет насквозь лавину лёгкой кавалерии, проскачет меж баталиями тяжелой пехоты боярских гвардий и ударит в куда более уязвимые части — в бегущих позади стрелков, что хоть и тоже носили доспехи и имели оружие, но тяжелой пехоте уступали в ближнем бою априори и потому были самой желанной добычей для риттеров…

Вот только русские, что бы там себе не думал сей оторванный от суровых реалий современных войн аристократ, дураками не были. Перед ними были не плоховато вооруженные и частенько необрстрелянные части регулярной пехоты — он шёл в атаку на самое боеспособное войско Империи, на боярские гвардии. В тылу той казачьей лавы, что рассекали риттеры, обильно обстреливая их магией (рыцари предпочитали боевую магию ближнего контакта, но на расстояние в полсотни-сотню шагов ударить мог каждый) они неминуемо сближались с русскими витязями — тяжелой конницей русских, что скакала прямо к ним…

А затем, за несколько секунд до того, как битва в воздухе вновь потребовала всё внимание Архимага, он успел увидеть, как две волны тяжелой кавалерии сходятся в страшном, таранном ударе — и русских в этой сшибке приходилось по трое-четверо на одного немецкого риттера… В самом же центре сошлись в бою два Архимага, чьей специализацией был ближний бой, и эхо их столкновения раскидало ближайших чародеев…

Броненосцы обоих флотов вступили, наконец, в прямое противостояние. Однако к разочарованию Герхарда, как раз на их участке воздушного боя у русских оказался перевес в числе тяжелых судов, и сейчас через образовавшуюся брешь хлынули москитные суда вражеского флота… Часть из которых оказались банальными брандерами!

Короткий миг, и Архимаг осознаёт — барьер «Кройцриттера» не выдержит. Один за другим два вспыхнувших однопалубных судёнышка, скорее даже летающих катеров, нежели пусть небольших, но корабликов, ударили в прозрачный барьер, просадив его почти полностью. Два выстрела держащегося в отдалении русского крейсера и барьер падает — а затем в бок могучего тяжелого крейсера врезается пара брандеров.

Что понапихали и самое главное, во сколько это обошлось русским боярам, фот Штауф даже предположить не брался — ясно было лишь, что на сооружение столь мощных взрывных чар и наложение их на эти суденышки сил и средств ушло столько, что за четыре таких самоубийцы можно было построить вполне приличный эсминец. Однако в чем в чем, а в скупости русских бояр сегодня упрекнуть никто бы не смог — на подготовку такого сюрприза, как врата переноса, маскировка на высшем уровне своей пехоты и брандеры были затрачены сотни миллиардов золотых рублей…