* * *

— Что вы думаете о прочитанном? — спросила Минхе. В прошлый раз обсудить все нормально не успели. И теперь собрались в неформальном обстановке, навроде книжного клуба.

— Меня больше всего тронуло, как бабушка героини всем сердцем ненавидящая японцев отправляет дочь в Японию во время американской оккупации, — подала голос Ан Хи Ёнг.

— А как вам момент, когда хэнё запретили выходить в море? — с возмущением спросила скромняжка Кенхи Кан. Сценарий задел её за живое.

Женщины загалдели. Мальчишка залез им в голову. И надо-то было всего лишь оптику сменить. И вот они уже сопереживают каким-то несуществующим женщинам. Ассоциируют себя с ними. Хитрый русский паучок оплетает их головы.

Минхе вздохнула и сказала:

— Эмоции — это хорошо, но я обратила внимание на другую деталь. Ближе к концу, в тысяча девятьсот шестьдесят втором году вводят ограничение в одну хэнё на семью, но при этом одновременно просят ныряльщиц вовлекать других женщин в ремесло. То есть дочерей обучать нельзя, но нужны новые хэнё, хотя они есть, им просто запрещено нырять. В этом маленьком эпизоде большой смысл. Он показывает, насколько тот мир соткан их очевидных противоречий. Безумный, абсолютно безумный мир. Я бы не смогла в таком жить, с ума бы сошла.

* * *

Второй раз идя к родительскому дому Джи-А уже не испытывала прежнего волнения. Сегодняшние погружения должны пройти проще, нырять будут согласно современной традиции.

Вместе с матерью она дошла до нового бультока. Внутри оказалось жарковато. Юные ныряльщицы поставили электрочайник и подготовили дополнительные обогреватели. Сегодня погода была холоднее, но неопреновый костюм для погружений несравнимо теплее тонкой хлопковой накидки.

Джи-А с восхищением наблюдала, с какой ловкостью её сверстницы натягивают черные костюмы аквалангистов словно вторую кожу. Гу Джа по-доброму подтрунивала над ней и помогла надеть «униформу» хэнё.

У многих ныряльщиц в возрасте поверх еще были жилеты, расшитые каждый на свой манер. Современные теваки оказались в десять раз легче поплавков из тыквы.

Женщины вышли куда более веселыми, чем в прошлый раз. Погрузились в большую моторную лодку и поплыли. Сегодня решили нырять подальше, у мыса Любовников.

Когда все ритуалы были соблюдены, Минхе объявляла пары для погружения.

— Я сегодня буду работать с дочерью, — сказала глава кооператива.

Джи-А почему-то заволновалась. Их навыки под водой на разных планетах. Даже Гу Джа казалась ей русалкой. Глаза матери говорили: «Не бойся», и девушке удалось побороть мандраж.

Они нырнули. Минхе остановилась, наблюдая за другими хэнё, неторопливо оглядела подводные поля и указала на собрание моллюсков у скалы. Вдвоем женщины принялись осторожно их отскребать и нести к сеткам. Опытная хэнё успевала сделать два круга за то же время, что Джи-А делала один.