Олег. — Тогда уже Антикиллер! — улыбнулся Костров. — И не забывайте, он ведь мог наших ребят на крыше застрелить, но не сделал этого. — Тфу! — плюнул Громов. — Это не даёт ему право убивать людей! — поддержал его Паршин. По лицу Михаила было не совсем понятно, какой именно позиции он придерживается по поднятому вопросу о странных и нелогичных действиях диверсанта. — Значит так, Олег, берешь Михаила — кивок в его стороны, — с собой захватите Фёдорова Сергея и Павла Кравцова, с Соловьевым по этому поводу я сам переговорю. — С Мишей понятно, а Сергей и Паша нам зачем? — поднял брови Олег. — Федоров для оперативной поддержки, а Кравцов охранять вас будет и если что, то поможет при силовом задержании. — Что-то у них не сильно получилось задержать нашего диверсанта, — криво улыбнулся Олег. — Не нравится мне эта активизация диверсанта. Всплывающее новое оружие из одной, так сказать, партии. Тревожно мне, если вы туда одни поедете. Так что едете в том составе, что я сказал, — закончил пререкания Паршин. * * * г. Пермь — Привет, где был? — Урюпин только зашел в кабинет, а ведь уже было одиннадцать утра. — Привет! Блин, — Паша устало сел за стол. — С самого утра в СИЗО. Анатолий меня ещё вчера «зарядил» допросить одного из наших киллеров — Ирика Мухутдинова. — Судя по всему неудачно, — констатировал Герман. — Не-а, но и чёрт с ним, — совершенно не расстроенно сказал Паша. — Показаний Радика Мухутдинова выше крыши. С доказательствами тоже всё хорошо. Завтра в больницу поеду, допрашивать Радика Абдулина, врачи наконец разрешили. Кузнецов решил не привлекать Германа к официальному расследованию — участвовал в задержании, вроде как заинтересованное лицо, так что ему в этом повезло, если можно, так сказать. — Чуть не забыл, иди к Кузнецову, он тебе «обрадует», — сказав это, Герман зарылся в ящик, ища нужную ему папку. — Это чем? — насторожился Паша, уловив какую-то неправильность в слове «обрадует». — Анатолий наконец «разродился» — взял двух следаков в наш отдел. — Подожди… — начал Паша. — Да-да, один под надзор тебе, второй — мне, — подтвердил самые худшие предположения коллеги. — У меня Костромин Александр — Сашка, значит. Тебе — Пётр Заславский. — Только не это! — застонал Паша. — Ты вообще молчи, у тебя хоть «прокурорский», у меня так вообще из городского отдела милиции следак, — хмуро сказал Герман. Явно что-то меняется, в прошлый раз такой подлянки от Кузнецова не было. С давних времён, в их отделе сложилась традиция: каждый новый следователь попадал под надзор следователя,