— Там бои ещё идут. И вам там делать нечего. Но с другой стороны, если что, то ваша группа под моим руководством окажется на месте — вовремя! Хорошо.

Марину кое-как сдали в медпункт в военкомате, хотя она никак не хотела отрываться от Романа. Еле отодрали, стараясь без скандалов. Но врачиха сказала, что это ненадолго может быть. Так что ещё одна проблема возникает. А куда её везти и кому сдавать — вопрос. Врачи настаивали на психушке, но как-то… В общем, пока она в военкомате, но Герман сильно подозревал, что её судьбой придётся заняться ему.

Выехали днём, в обычном составе, в сопровождении двух десятков бойцов Скатова, вместе с ним. На дорогах и на подступах к селу было не спокойно. Отдельные боевики умудрялись просачиваться через плотное кольцо окружения.

— Со мной связывался ваш Самойлов. Только я не понимаю, на хера мне тут прокуратура? — сильно удивился полковник, когда одного Германа пропустили в одну из палаток, стоявших на достаточно расстоянии от села.

Их и к ним-то пропускать не хотели, несмотря на то, что Герман предъявил удостоверение. Молодые пацаны только автоматами в их сторону не тыкали, блокируя проезд по ведущей к селу дороге. Слава богу, пришел разводящий — старший лейтенант, изучил удостоверение, связался с руководством, а потом пропустил небольшую колонну, показав рукой где им припарковаться.

— А с какого ху… — полковник кашлянул. — Какого хрена тут делаете?

— Меня прислал полковник Самойлов, ГВП РФ, по его приказу должен находится здесь, а потом приступить к своей непосредственной работе, как будет можно зайти в село.

— Мать! Какой работе? — офигел полковник. — Там ещё бои идут.

— Не знаю. Выполняю приказ! — вытянулся перед ним Герман.

Было хорошо видно, что полковник сильно желает послать его куда-нибудь далеко и надолго. Здесь и сейчас, пока идут боевые действия, он царь и бог — идёт войсковая операция, сейчас не до прокуратуры и делать ей здесь нечего. Только вот сотрудники военной прокуратуры в большинстве своём отличались злопамятностью и мстительностью. Так что рано или поздно ему припомнят любое хамское поведение к следователю прокуратуры, когда «зачистка» закончится и они будут в своём праве. Прецеденты были…

— Ладно… — скрипнул зубами полковник. — Трофимов! — заорал он так, что Герман чуть не подпрыгнул.

В палатку почти забежал капитан, вытянувшийся во фрунт и поедая глазами полковника.

— Определи им место. Пусть ждут там, пока мы не закончим, — приказал полковник.

Явно недовольный данным ему поручением капитан отвел Германа и остальных в армейскую палатку 10 на 5 метров. Там находилось несколько кроватей, в отдельном месте стоял стол и несколько стульев, какие-то тумбочки и печка-буржуйка.