Неожиданно раздался звонок телефона Ивана Сергеевича:
— Да, слушаю! — он нажал кнопку на трубке телефона. — Завтра? В 10:00?.. Хорошо, будем, — а затем нажал отбой.
— Кто?
— Звонил Трофимов, пригласил завтра в ресторан «Амина», — не сказать, чтобы совсем удивлённый звонок, ответил Бертшейну Иван Сергеевич.
* * *
— Ерофей Петрович был огорчён, что не может дать полный расклад по возникшей проблеме, — вернувшийся Алекс из Москвы на следующий день, докладывал Герману, Манару и Петрову о своей поездке.
— Ты не тяни давай, кота за одно место, — поторопил его Герман, заскочивший на полчаса в офис «Титана» во время обеденного перерыва.
— Встретились с одним человеком, он заверил, что это люди не от Касьянова, — вымученно улыбнулся Алекс, для которого это особой разницы не имело.
— А кто?
— Один из его замов, — ответил Алекс. — Собственный заработок, как мне сказали.
— Уже лучше, — улыбнулся Герман.
— Чем? — не понял Алекс, а Манар и Петров внимательно посмотрели на Германа.
— Премьер-министр величина. Мы против него не потянем, если только… — он не закончил, но все поняли.
— Не, не, только не это, — замахал руками Алекс.
Манар и Петров особой радости по этому поводу тоже не высказали и не показали. Понимая, что это неприемлемый вариант.
— Ладно, Алекс, — повернул голову к нему Герман. — Звони Трофимову, пусть созванивается с нашими «гостями», — особо выделил последнее слово, показывая, что такие гости хуже татарина…
Глава 12
Пермь. Отель «Урал»
— Добрый день, Иван Сергеевич, — вежливо поздоровался гость, постучавшийся в номер последнего, а после приглашения — вошедший в номер. — Рад нашей встрече.
— И я рад видеть тебя, Давид, — с улыбкой пожал руку припозднившегося гостя Иван Сергеевич.
Один из ближайших помощников Ярона Зайдина, подключающийся к проведению операций на территории России в особо исключительных случаях. Его направление к Ивану Сергеевичу говорило о том, что Ярон очень серьезно относится к информации, которую хотели получить от АО «Протон-ПМ» израильские производители космической техники.
Их совершенно не волновало, как их спецслужбы достанут то, что им требуется. Когда дело касалось безопасности еврейского государства, любые рассуждения о совести, справедливости и законности были абсолютно несущественными.
Задача поставлена. И должна быть выполнена в любом случае, невзирая на любые затраты и используемые для этого средства и людские силы!
— Как Ярон? — проявил вежливость Иван Сергеевич.
— Вашими молитвами, — также вежливо ответил и улыбнулся Давид.
Имя еврейское, а по внешнему виду — абсолютный русак, с русыми волосами и носом «картошкой». Напоминающий типичного жителя Рязани или Вологды. Давид, тем не менее, по законам государства Израиль считался евреем. Пусть папа у него был чистокровным русским (внешностью в него он и пошёл), зато мама — чистокровная еврейка. Ещё при советской власти, двадцать лет назад, их семья по программе репатриации, вернулась на историческую родину матери.